Хозяйка забытой усадьбы

Еще и языки пламени вырывались то тут, то там, подчиняясь непонятно каким правилам.

Облизнув сухие губы, я просто указала Рину на этот кошмар.

Он нахмурился:

– Ты боишься высоты? – уточнил Сангриено.

– Мне кажется, я боюсь абсолютно всего, – немного истерично ответила я.

– А я боюсь только за тебя, – шокировал меня он.

В этот момент очередной столп пламени взвился до самого потолка, освещая его лицо зловещим светом.

– Я не справлюсь, – в груди рос и ширился ледяной ком.

И вдруг позади нас послышался грохот.

Я обернулась и увидела, что единственный путь из этой огненной пещеры смерти рушится и засыпается камнями.

Меня затрясло.

– Послушай меня, Манон, – Сангриено схватил меня за плечи и повернул лицом к себе. – Помнишь наши уроки?

Я молча кивнула.

– Я учил тебя создавать фаерболы. Тебе нужно создать почти то же самое, только из воздуха и холодное. Ледяной воздушный шар. Большой вокруг нас.

– И что нам это даст? Допустим, мы доберемся до середины и не сгорим. Но вон то расстояние я не перепрыгну, – указала я на самый большой провал.

– Тебе придется довериться мне. И отдать контроль над своим телом. Именно поэтому я не смогу обеспечить нам защиту, я не менталист, и не удержу и шар, и тебя.

Другого выхода все равно не было.

И я принялась с помощью подсказок Рина создавать воздушную защиту.

Она получилась у меня не сразу, зато такая холодная, что зубы начали стучать.

– Ваше величество, разрешите пригласить вас на танец? – Сангриено отвесил мне поклон, когда я закончила.

Моя рука, повинуясь воле Рина, сама поднялась и легла в его ладонь.

– Просто доверься мне, Манон. Пока ты веришь, я тебя удержу.

Я не могла выдавить из себя ни слова, поэтому просто сняла с себя все щиты и барьеры, открываясь ему.

И мы начали свой страшный, полный безумия и обреченности танец.

Глава 83. Второе испытание

Когда Рин меня приглашал, я думала, он это иносказательно, и положила руку с зажатым в ней кинжалом ему на плечо просто так.

Но Сангриено и в самом деле начал кружить на маленьком пятачке, что остался нам после обвала.

Три шага на меня, разворот, три шага на него, разворот, разворот.

Под стук наших сердец.

В свете огненных всполохов, бросающих оранжевые блики на наши лица.

Три шага на меня, разворот."

"Рин раскручивал нас до тех пор, пока во всей вселенной для меня не остались лишь его горящие глаза.

Три шага на него, разворот, разворот.

Только бездонная синева его взгляда.