Хозяйка заброшенной усадьбы

Да и было ли само изгнание? Может, Миролаа просто психанула и сбежала из дома? В письмах однозначного ответа не имелось. Только намек на то, что ее выгнали. Но я давно представляла себе Миролаву как фигуру излишне впечатлительную и нервную. Так что ей это «выгнали» могло просто привидеться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я откинулась на подушки кровати. Настроение было смурным, точно таким же, как и погода за окном. «Зачем выдавать замуж старую деву? — мрачно подумала я.

 — Дали бы спокойно перезимовать. А как пришла бы весна, я бы, может, и хозяйство завела. Не коров, так кур. Огород разбила бы. Все дело. Нет, выходи за кронпринца, переезжай во дворец. Как будто мне это надо».

В голову пришли слова Арнольда: «Вы боитесь. Боитесь строить отношения и поэтому подводите сейчас под свой страх разные объяснения». Да хоть бы и так. На Земле все мои попытки «построить отношения», еще тогда, в далекой юности, заканчивались провалом. У меня так и не появилось ни парня, и подруги.

И я решила, что мне суждено жить и помереть в одиночестве. И вот теперь, в другом мире, появляется истинный. А с ним — и перспектива выйти замуж. А я уже привыкла к одиночеству…

Ближе к вечеру, изведенная дурными мыслями, постоянно лезшими в голову и не дававшими отвлечься от реальности вместе с книгой, я позвала Ингу. Мне хотелось выжать себя по-максимуму, пока только в магическом смысле, но без поддержки со стороны делать это было опасно. И потому мы вдвоем с Ингой медленно направились по коридорам первого и второго этажей.

Я «магичила», как я называла этот процесс про себя. Мысленно представляя себе новые теплые ковры на полу и стенах, яркие магические светильники необычных форм под потолком, я чувствовала, как с каждым пройденным метром во мне убывают физические силы, а вместе с ними и нервозность. Вскоре ноги начали утопать в теплых ворсистых коврах, свет над головой сделался ярче, а я — в разы слабее.

Наконец, я прислонилась к ковру на стене у ближайшей двери.

Голова кружилась, перед глазами мелькали черные мушки, во рту образовалась сухость. Сил не оставалось даже на то, чтобы дойти до собственной спальни и рухнуть в постель.

В мою выставленную вперед ладонь ткнулся флакончик с восстанавливающей силы настойкой. Несколько глотков, и вот уже я способна дойти до кухни и утолить вспыхнувший во мне голод.

Лочики, местный мармелад, хлеб, молоко — я глотала все, что только попадалось под руку.