Хозяйка отеля для новобрачных (СИ)

В письме она говорит, что если в течение года не напишет супругу или сестре, значит, дела её плохи, и лечение было безуспешным. Пишет, что даёт возможность найти себя в таком случае, только когда её сочтут мертвой и оплачут. К тому времени, как она предполагала, она не узнает никого, и ей будет не так стыдно. Ей показалось, что так будет лучше для всех.

Всегда хладнокровная Линнет, казалось, едва сдерживала слёзы.

- Это просто ужасно. Оливия и подумать не могла, что её муж будет ждать всю жизнь её возвращения, и письмо пролежит непрочитанным столько лет.

- Нужно что-то предпринять немедленно, - мисс Лили встала и зашагала, задевая шлейфом платья ножки кресел.

Хлопнула входная дверь и вошел радостный мистер Генри. Наше общее настроение он заметил не сразу.

- Лили, решено! Мы будем снимать здесь!

- Мистер Генри! - я решила, что пора расставить точки с этим его кино, которое мне здесь было совершенно некстати.

- Погоди, Веллори, я сама, - Лили легко коснулась моей руки и обратилась к мистеру Растеру.

- Я решу любую проблему, - заявил Генри, франтовато поправив шелковое кашне на шее. - Что там у вас случилось? Вы говорите мне, я беру всё на себя, а вы даёте мне свой замок для съемок.

Внезапно я поняла, что это было выходом. У Генри Растера были связи и деньги - всё, чего не было у меня. И я могла его попросить об этой услуге, предоставив взамен дом, чтобы он смог снять свой исторический шедевр.

"- Хорошо, мистер Генри, я согласна. Помогите мне найти Оливию Томас. И можете снимать здесь своё кино.

Глава 30

Я настояла на заключении договора. Пришлось немного повозиться с формулировкой в части исполнения своих обязательств мистером Генри, однако мы договорились.

Впрочем, я ему верила. Хотя бы потому, что он фанатично загорелся снять фильм в нашем доме.

Дяде Тэю пришлось объяснить это просто взаимовыгодным сотрудничеством.

Через пару дней Линнет с Джиной оттащили меня подальше от всего “женсовета”, как я про себя называла нашу пятерку, и припёрли к стенке.

- Так, дорогая, пока ты не скажешь, что тебя грызёт, мы тебя не отпустим.