Хозяйка дома у озера (СИ)

И это притом, что я не давал ей никакого повода! Если бы я только знал, что эта ненормальная возомнит себе бог знает что только от одного танца со мной! — Мой палач в сердцах отворачивается. Наверное, не хочет, чтобы я видела его слезы… — Даниэла, ты хоть и стала ведьмой, но в магии ты как слепой котенок. Иначе бы ты не задавала мне таких вопросов.

— Но речь сейчас не обо мне! Я все равно не понимаю, почему этот хваленный Орден ничем не смог помочь своему королю?!

— Ну почему же, они мне помогли. И я им благодарен хотя бы за то, что их усилиями один раз в месяц я становлюсь самим собой.

— Как это?

— Когда на небе круглая луна, я перестаю быть монстром и вновь становлюсь прежним. Но это только на эту ночь… Поэтому в полнолуние я стараюсь устраивать во дворце балы, чтобы мои поданные видели настоящего Гарольда I.

Мою душу сейчас разрывает от самых противоречивых чувств, и все же я нахожу в себе силы задать Таддеусу тот самый неудобный для меня вопрос:

— Но я не понимаю одного, почему это проклятие до сих пор действует? Ведь главное условие для его снятия уже выполнено! — Я отвожу глаза в сторону.

— Извини, дорогая… ты даже не представляешь, чего мне это стоило! — Палач настолько искренен, что я готова придушить эту Аделину. — Но, Даниэла, я тебе еще не все рассказал. Выполнено лишь одно из условий, а есть еще и другое…

Глава 33

— Бог мой! Неужели ей мало того, что она сделала с твоим лицом?! И что это за условие? Слетать на луну и вернуться обратно?!

Я настолько возмущена, что меня переполняют эмоции.

— Нет, Даниэла, но это тоже неосуществимо. Примерно также, как и полет на луну, — горько усмехается Таддеус. — Поэтому я от тебя ничего не жду. Разве можно полюбить такого как я?!

— Что?! Хочешь сказать, эта ненормальная сделала так, что твое проклятие исчезнет только после того, как тебя кто-нибудь полюбит?!

— Не кто-нибудь, а ты.

Я не верю своим ушам. Во мне даже нет злости, настолько я потрясена услышанным.

— Да, именно так. Сначала ты должна меня возненавидеть, а потом полюбить. — Чудовище отворачивается, и мне кажется, что ему сейчас мучительно стыдно. — Знаю, Даниэла, я болван, что поверил в это. О чем я только думал?! Но когда я узнал о том, что задумал твой отец, то сразу же предложил ему себя.