Хорошая девочка, дурная кровь

И сам тоже страдаешь… – невесело сказала она, сглотнув вставший в горле ком. – Помнишь, папа рассказывал тебе, что случилось с нашим Барни и почему он умер?

Джош кивнул, глаза мальчика расширились и погрустнели.

– Вот что бывает, когда ведешь расследование. Ты заставляешь других страдать, хотя у тебя и в мыслях этого не было. А еще приходится хранить секреты, а ты даже не уверен, что их нужно скрывать. Поэтому я больше ничего не расследую. И тебе не надо. – Выговорившись, Пиппа ощутила, что зияющая пустота в животе заполнилась.

 – Понимаешь?

– Ага, – кивнул брат. – Прости.

– Глупышка. – Она улыбнулась и обняла его. – Так как, не будешь больше играть в детектива?

– Не буду.

Ну вот, проще пареной репы.

– Готово, – сообщила Пиппа, вернувшись на кухню. – Похоже, исчезновение точилки навсегда останется загадкой."

"– А может, и нет, – сказала мама с едва скрываемой улыбкой. – Бьюсь об заклад, ее взял этот гаденыш Алекс Дэвис.

Пиппа фыркнула.

Мама отшвырнула с дороги ее туфли.

– Что слышно от Рави?

Пиппа вытащила телефон.

– Пишет, закончили минут пятнадцать назад. Скоро приедет на запись.

– Как сегодня прошло?

– Сказал, непросто. Я тоже хотела бы пойти с ним.

Пиппа оперлась локтями о столешницу, уронив подбородок на костяшки пальцев.

– Ты ведь знаешь, у тебя школа, – принялась уговаривать мама.

Пиппе не хотелось вновь затевать дискуссию на ту же тему.

– Разве тебе не хватило вторника? – не унималась мама. – Мне его было предостаточно.

Во вторник состоялось первое заседание в Королевском суде города Эйлсбери, куда Пиппу вызвали в качестве свидетеля обвинения.

На дачу показаний она явилась в новом костюме и всю дорогу пыталась справиться с непослушными руками. На спине выступил пот. Каждое мгновение она чувствовала, как на нее смотрел подсудимый Макс Хастингс, почти физически ощущала его взгляд обнаженными участками кожи.

Взглянув на Хастингса, она заметила усмешку в глазах негодяя (спрятанных за очками с фальшивыми толстыми линзами).

Как он посмел? Как он только посмел заявить о своей невиновности, если они оба знают правду? У Пиппы была запись телефонного разговора Макса с признанием в том, что он подсыпал Бекке Белл наркотики и изнасиловал ее. Все зафиксировано. Когда Пиппа пригрозила выдать его секреты – о совершенном наезде, после которого он скрылся, и об алиби Сэла, – Макс сразу во всем сознался. К сожалению, толку в этом никакого: суд не рассматривает частные записи.