Хочу тебя в долг

Амбал… злится? Думает, я лгу? Разыгрываю комедию? Кажется, он не слишком доверяет женщинам. Ни во что их слова не ставит, достаточно вспомнить наш проклятый первый раз, когда мужчина принял мое поведение за умелую игру.

— Валяй, — вдруг соглашается Амир.

И начинает раздеваться.

Что?! От шока замираю. Даже про боль забываю. Немею, перестаю ощущать ломоту в мышцах. Волна обжигающего озноба прокатывается по телу.

Громила сбрасывает ботинки, стягивает штаны, футболку. Остается в одних трусах, что мало спасает ситуацию и ни капли меня не успокаивает.

Боже. Какой он огромный. Просто гигантский. Причем везде. Хочу отвернуться, закрыть глаза, однако не могу. Ничего сделать не удается. Застываю перед ним как кролик перед удавом.

Мужчина выдергивает одеяло из моих рук, укладывается на кровать, прижимается телом к телу, не ведая ни стыда, ни стеснения.

Пораженно охаю. И тут же ощущаю, как отзывается его громадный член на данный звук. Напрягается, утыкается в мое заледеневшее бедро.

Господи, почему он настолько горячий? Будто огонь кожу ласкает, обдает жаром и дразнит, распаляет, пробуждает ответный отклик. И почему он так приятно пахнет? Туманит разум, дурманит, оживляет внутри все самое порочное и запретное. Теряю контроль.

Сама не замечаю, как льну к нему. Проклятье. Это не я. Только тело. Мое предательское тело.

А потом вдыхаю мужской аромат и дурею окончательно. Амир недавно принял душ, от него исходит очень приятный запах, не перебивающий его собственный. Ловлю себя на крамольных мыслях.

Напрасно. От этого спасения нет. Проклятье. От него спасения нет. В пропасть утягивает, в бездну увлекает.

— Что ты вытворяешь? — спрашиваю судорожно, утыкаюсь ладонями в мощную грудь и вместо того, чтобы оттолкнуть, отпихнуть от себя, провожу пальцами ниже, двигаюсь по рельефному животу, покрытому волосами.

Мне ведь такое не нравилось. Никогда. Все эти мускулистые самцы совсем не привлекали, казались тупыми качками.

Ох, черт, как же тут выстоять? Как сопротивляться?

— Занимаюсь твоим восстановлением, — невозмутимо произносит Амир.

А потом переворачивает меня на живот и устраивается сверху, уверенно зажимает мои дрожащие бедра своими, будто седлает, сдавливает в капкане крепких мышц. Теперь бесполезно дергаться. Даже опасно. Вздыбленный член вжимается между ягодицами, точно готовится идти на таран. Нас разделяет слишком мало слоев ткани.