Хочу тебя в долг

И чувство, будто сердце в пятки уходит.

— Поздравляю тебя, Илюша, — прячусь за очередной натянутой улыбкой.

— С чем? — хмурится бывший.

— Ну мечта сбылась, — зябко веду плечами. — Ты ректор.

— А что ещё мне оставалось делать? — в его голосе прорезаются ноты истерики, а бледные щёки краснеют ещё сильнее. — В моей жизни тогда была только работа. Мое сердце вырвали из груди и растоптали. На мои чувства наплевали…

— Илья, — выдаю судорожно. — Я совсем не…

— Ничего, — растягивает губы в усмешке. — Все в прошлом. Забудь.

Какая муха его укусила? Что с ним?

— В общем, мы катаемся, — глаза бывшего блестят так, будто слезами наливаются, будто он сейчас реально расплачется.

Мне становится не по себе. Да что с ним такое? Аллергия может? Или перебрал с алкоголем? Хотя Илья почти не выпивал.

— А вы как? — спрашивает. — Вы чем тут заняты?

— Мы только приехали, — отвечаю тихо.

— Отдыхаем, — говорит Амир.

Всего одно слово, но впечатление, будто он детально рассказывает в каких позах меня трахает, как жестко, как часто и как долго.

Разве кто-то поверит, что мы спим в разных кроватях? Что он почти месяц меня не трогает? Прошлая ночь под наркотой не считается.

Такому мужчине не отказывают. Такой мужчина не спрашивает. Берет.

— Илюша, — блондинка наконец вспоминает с кем сюда пришла и виснет на своём кавалере. — Пойдём. Не будем смущать друзей. Ещё успеем поболтать.

И к моей неописуемой радости девушка уволакивает Илью обратно за их стол, прекращая наш безумно странный разговор.

Что это было? Не уверена, хочу ли ответ.

— Упырь от тебя одурел, — замечает Амир небрежным тоном. — Знатно ты ему яйца прищемила.

— Я не… Господи, о чем ты?

— Грустит твой романтик, — хмыкает с издевкой. — На свою голожопую соску даже не смотрит. Тебя жрет. Вырвать бы ему гребаные глаза. И я вырву. Если не угомонится.

— Пожалуйста, не надо ему ничего вырывать, — прошу с нажимом. — Он наверняка пьян.

— Поглядим, — угол его рта дергается вверх, обнажая клык. — А хочешь телку его вытрахаю? Прямо при нем. Во все дыры отымею.

— Зачем? — холодею.

— Да просто, — пожимает плечами. — Она не против. Ты сама видела.

— Она пьяна, — отмахиваюсь. — Они оба пьяны, поэтому так странно себя и вели.

— Как скажешь, — ухмыляется.

— Да, я знаю, ты неотразим, — заявляю с раздражением. — Женщины от тебя без ума. Никто устоять не может.