Караваль

Но, может быть, еще возможно все исправить? Говорил же Найджел, что раскроет ей ровно столько, сколько она сама ему о себе расскажет.

– Подождите! – крикнула Скарлетт, видя, что прорицатель вот-вот уйдет. – Дело в сердце. Всякий раз, глядя на вас, я видела лишь сердце у ваших губ, и оно заставляло меня думать о свадьбе, до которой осталась всего неделя. Я действительно хочу выйти замуж, но никогда не видела своего жениха и совсем его не знаю, поэтому… – Скарлетт не хотела открывать своих истинных чувств и выдавила лишь: – Поэтому мне страшно.

Когда Найджел снова – очень медленно – повернулся к Скарлетт лицом, она задумалась, видит ли он, насколько глубоко укоренился в ней страх. Заметив у него на горле изображение звеньев цепи, она представила, что вокруг ее собственной шеи тоже обвиваются невидимые оковы, появившиеся за годы жестоких отцовских наказаний.

– Если хочешь выиграть в этой игре, – сказал Найджел, – тебе следует забыть о своей свадьбе. А сестру в Кастильо Мальдито можешь не искать – ее здесь нет.

– Это моя третья подсказка? – уточнила Скарлетт, но Найджел уже ушел, не проронив больше ни слова.

Когда Скарлетт снова вышла во двор, озаряющий замок яркий свет потускнел, отчего арки, прежде казавшиеся золотыми, теперь больше походили на бронзу. Видя, как удлинились лежащие на земле тени, Скарлетт поняла, что потратила почти все отведенное ей время. Ей оставалось только надеяться, что, признавшись Найджелу в своих страхах, она заслужила третью подсказку и тем самым стала на шаг ближе к Телле.

Когда предсказатель велел ей следовать за юношей с черным сердцем, она прежде всего подумала об эгоистичном обманщике Хулиане, сердце которого наверняка темно как ночь.

Однако нигде не было никаких признаков ни коварного моряка, ни палатки для поцелуев, у которой он обещал ее ждать. На глаза попался только мягкотканый шатер цвета клевера и еще один, переливчатый изумрудно-зеленый, но ни одного нефритового.

Скарлетт показалось, что остров играет с ней в прятки.

Подойдя к изумрудному шатру, она поняла, что все поверхности в нем сложены из бутылок: пол, стены, даже поддерживающие купол балки. Когда Скарлетт, раздвинув складки, заглянула внутрь, стекло отозвалось мелодичным перезвоном.

Помимо хозяйки в шатре находились еще две молодые женщины легкомысленного вида. Обе они крутились возле запертого стеклянного ларца, полного черных бутылок с рубиново-красными ярлычками.