Караваль

Думаю, ты и сама уже поняла, что Караваль представляет собой переплетение реальности и вымысла, но и свободная воля человека играет не последнюю роль. Поэтому я не знаю, что Хулиан считал настоящим. Вероятно, мне не следовало тебе говорить, но ему надлежало уйти с твоего пути вскоре после того, как он доставил тебя на остров Грёз. – Телла сделала многозначительную паузу.

Хулиан и сам упоминал о чем-то подобном, но после случившегося Скарлетт больше не была уверена, что верит его словам. Вероятно, все же он сам и есть Легендо.

– Что ты имеешь в виду? – не удержалась она от вопроса.

– По словам других игроков, Хулиан должен был просто привезти нас на Исла-де-лос-Суэньос и выйти из игры. Планировалось, очевидно, что вы с ним расстанетесь в часовой лавке. Только я тебе этого не говорила, если что! – быстро добавила Телла. – И, раз уж об этом зашел разговор, между мной и Хулианом ничего никогда не было. Тогда в винном погребе мы даже не целовались.

Скарлетт покраснела: о том эпизоде она вообще старалась не вспоминать.

– Телла, я могу все объяснить! Я бы никогда…

– Тебе не нужно ничего объяснять, – перебила та. – Мне и в голову не приходило в чем-либо тебя упрекать. Хотя, признаюсь, я всякий раз удивлялась, узнавая, как у вас идут дела.

Под конец фразы Телла повысила голос, будто едва сдерживаясь, чтобы не прыснуть со смеху, а Скарлетт закрыла лицо руками, готовая сквозь землю провалиться. Несмотря на заверения сестры, она чувствовала себя обманутой и униженной.

– Скар, не смущайся.

Телла скорчила смешную рожицу, и у Скарлетт создалось впечатление, что последним обстоятельством она особенно довольна.

– Дай угадаю: Данте тоже на самом деле не умер?

– Нет, он умер, но вернулся к жизни, как и Хулиан, – ответила Телла, после чего постаралась объяснить сестре, что представляет собой смерть в волшебном мире Караваля.

Подробностей о том, как все происходит, она и сама не знала, поскольку никто не станет обсуждать подобную тему. Одно Телла уяснила совершенно точно: если кого-то из исполнителей Легендо убивали во время игры, они действительно умирали – но не навсегда. В полной мере испытав боль и предсмертные муки, они вновь возвращались к жизни по завершении игры.