Караваль

С одной стороны, Скарлетт чувствовала себя обязанной горевать о пропавшей сестре, но, с другой стороны, сама Телла наверняка отругала бы ее за то, что так и не повеселилась на волшебном острове Легендо.

– Вовсе я не собираюсь всю ночь провести в таверне, – сказала Скарлетт. – Я просто жду кое-кого.

– И что же? Этот кто-то опаздывает, или вы сами явились слишком рано? – Айко вопросительно вздернула подведенные брови. – Не хотелось бы вас разочаровывать, но, похоже, этот человек вообще не придет.

Скарлетт в сотый, кажется, раз за вечер бросила взгляд на дверь, все еще надеясь увидеть входящего Хулиана, и вдруг поняла, что ждать дольше нет смысла.

– Стало быть, вам все же наскучило сидеть здесь сложа руки? – спросила Айко и, прижав к себе записную книжку, грациозно поднялась с места.

Тут дверь таверны снова распахнулась. Вошли две хихикающие молодые женщины, а за ними показался человек, которого Скарлетт хотела видеть меньше всех. Он ворвался внутрь, как зловонный вихрь, взлохмаченный, в перепачканной черной одежде и заляпанных грязью ботинках.

Скарлетт вспомнила слова Хулиана: Данте хочет выиграть исполнение желания, чтобы исправить нечто, случившееся во время прошлой игры. И сейчас он казался готовым на все.

Мысленно Скарлетт взмолилась, чтобы Данте ее не заметил. После их последней встречи она не была готова к еще одной с ним стычке. Ее нервы и так были на пределе из-за долгого ожидания Хулиана, а платье почернело.

Одно изображение было черным и имело форму сердца.

19

«Следуй за юношей с черным сердцем», – вспомнились Скарлетт слова предсказателя, и тут Данте ее, наконец, заметил. В его устремленном на нее взгляде читалась нескрываемая ненависть, которая, однако, не испугала девушку, но, наоборот, распалила азарт.

Стоило Данте выйти через заднюю дверь, как Скарлетт бросилась за ним. Лишь оказавшись на улице, она поняла, как жарко было в таверне. Теперь же ее окутала прохлада, хрусткая, как подмороженное яблоко, и столь же сладкая. В угольно-черной ночи разливался запах жженого сахара, а теснящиеся на улице люди походили на стаю ворон.