Подкидыш для бывшего босса

Вроде того, что надо прислушиваться к самой себе и… делать так, как хочу именно я! Не Максим, не кто-то другой… А я! Сама! Дарья Колесникова.

И не пытаться сделать так, как будет лучше для дочери — по моему мнению. Потому что, как говорит Дина Дмитриевна — просто Дина, как она просит ее называть — потому что дети вырастают, и вдруг оказывается, что то, что ты думал для них лучше — вовсе не лучше.

Все сложно, да. Но, по мнению Дины надо жить для себя и стараться быть счастливой. А у счастливой матери и дети счастливые.

Иду по дорожке, вспоминаю, что звонил Валера, я не ответила. Надо бы написать ему сообщение, все объяснить.

Он не плохой парень, но…

Но, увы, я уже отравлена ядом по имени Максим, можно так сказать.

Наступаю на те же грабли? Возможно.

Стараюсь думать о хорошем.

Мы делаем круг почёта по скверику и направляемся к выходу, но тут позади раздаётся знакомый голос. Застываю как вкопанная. Неприятное дежа вю…

— Даша, доброе утро! — со мной ровняется Влад и с деланным доброжелательным видом заглядывает в коляску.

Этому мужчине совсем не идут сюсюкания. Передёргиваю плечами и продолжаю уверенное движение вперёд.

— Куда же ты, Даша? — не отстаёт он.

— Я вам ещё вчера сказала: нам больше говорить не о чем! — резко отвечаю ему я.

— Это потому, что у меня не было доказательств того, о чём я тебе говорил? — Влад расплывается в слащавой улыбке. — Новый день — новые возможности, Дарья! Сегодня я к тебе не с пустыми руками пришёл.

Хмурюсь, но не останавливаюсь. Несмотря на то, что его слова порождают в душе беспокойство, я твёрдо решила иметь с этим человеком никаких дел.

— Да стой же ты! — Влад обгоняет нас и ставит ногу перед колёсами коляски.

Чёрт. Приходится остановиться. Не идти же на таран!

— Всего полчаса назад у меня был интересный разговор с твоим… — он мнётся, подбирая нужное слово, при этом противно улыбается, так… приторно, слащаво, глазки у него такие масляные, фу… — С твоим, с позволения сказать, боссом.

Чувствую, как сердце уходит в пятки. По телу проходит неприятная дрожь.

— Не хочу! — с жаром отвечаю ему я и пытаюсь развернуть коляску. Даришка начинает кукситься, пытается тереть личико. Замёрзла уже.

— Дайте пройти! — сжимая губы в плотную линию, требую от него я.