Извращённое Королевство

— дядя одаривает меня своей самой теплой улыбкой. — Она провела весь день, готовя ужин.

Я сглатываю комок в горле и откусываю кусочек креветки. Трудно чувствовать вкус из-за липкости во рту.

Тетя возвращается с супом, ее глаза влажные, как будто она плакала. Это, как если бы стрела попала мне прямо в сердце.

— Тетя...

— Твой любимый. — она прерывает меня, ее голос дрожит в конце. — Возможно, я и не очень хороший родитель, но я, по крайней мере, могу приготовить то, что тебе нравится.

— Все в порядке, тетя. Я понимаю, что такое травма.

Ее рот приоткрыт.

— Эльза...

— Мне очень жаль.

— Нет. Это мне жаль, дорогая. — она наклоняется и заключает меня в материнские объятия. В них тепло и пахнет сахарной ватой и летом. — Мне жаль, что меня не было рядом с самого начала. Мне так жаль.

Мне тоже.

Как бы я себя чувствовала, если бы родилась у нормальной матери?

Думаю, я никогда этого не узнаю.

Я дочь этого монстра.

Теперь мне просто нужно решить, бороться с этим или принять это.

Я должна решить, отношусь ли я к тому типу людей, которые заманивают детей, чтобы пытать их, как мама, или к тому типу, который освобождает их, как папа.

Смерть или жизнь.

Тьма или надежда.

Обнимая тетю, я точно знаю, кем хочу стать.

Глава 14

Эльза

Всю следующую неделю Эйден не оставляет меня в покое.

Во время обеда он приносит мою особую еду. Я ничего из этого не ем, предпочитая боксы для ланча, но он все равно продолжает.

Он также рядом во время тренировки, передаёт мне воду и спортивный напиток.

Я перестала считать, сколько раз он хотел со мной поговорить, но я отказывала.

Он предлагает отвезти меня домой после школы.

Я отказываюсь и вместо этого предпочитаю ехать с Ноксом.

Его челюсти сжимаются, а левый глаз дергается всякий раз, когда я это делаю.

Он не делает этого.

Каждый раз, когда мы пересекаемся в коридоре, он смотрит на меня с обезоруживающей пристальностью. Он забирает у меня воздух и прячет его где-то за пределами досягаемости. Я часто напрягаюсь, ожидая, что он уведёт меня в угол, объявит, что игра окончена, и научит меня, кому я принадлежу, своими садистскими доминирующими способами.

Ничего этого нет.

Странно.

Нет, это обезоруживает.