Извращённое Королевство

Звук туфель красной женщины приближается.

— Илай.. Мама вернулась.

Ее голос спокоен и темен, как зимние ночи. В такие моменты, как сейчас, мне хочется почувствовать мамино тепло и услышать ее нежные слова.

Если я притворюсь Илаем, она не сделает мне больно.

— Ты скучал по маме, Илай?

Она встаёт передо мной с безмятежной улыбкой на лице.

— Да.

Я скучаю по своей маме, по Алисии.

Она присаживается передо мной на корточки и проводит своими красными ногтями по моему лицу. По спине бегут мурашки.

— Я говорила тебе не купаться в озере.

— Я... мне очень жаль.

— Ты не станешь это делать, хорошо?

Я дважды киваю.

Она улыбается и встает.

Уф. На этот раз она не рассердилась. Я уже собираюсь сесть обратно, когда она останавливается и поворачивается так резко, что я прижимаюсь к стене.

— Что это? — она визжит, указывая на мою руку.

Maltesers.

Я прячу их за спиной.

— Н-Ничего.

— Я говорила тебе не лгать мне! — ее голос эхом разносится вокруг.

Она хватает меня за руку, ее ногти впиваются в кожу.

Я изо всех сил стараюсь удержать пачку с шоколадными шариками, но она выхватывает их.

— Верни. — я свирепо смотрю на нее. — Это мое.

— Ты неблагодарный маленький гаденыш. — она бьет меня по лицу. Я падаю на бок на твердый пол, щеку щиплет. — Я дала тебе все, все! Но все, что ты делаешь, это лежишь и играешь на озере, когда тебе не следует этого делать!

Первый удар хлыста касается спины.

Что-то разрывает мою кожу, и я кричу.

— Мама все исправит, Илай.

Удар.

Я плачу. Эта боль не похожа ни на что, что я испытывал ранее. Это больнее, чем когда она порезала мне руку или когда приковала меня наручниками.

— Прекрати... — я ползу в угол, дрожа всем телом.

Удар. Удар. Удар.

Она продолжает и продолжает... и продолжает.

Липкая, теплая жидкость стекает по позвоночнику и капает на пол.

Кап.

Кап.

Кап.

Мои глаза закрываются, а слеза скатывается по щеке.

Мне очень жаль, Эльза. Я не сдержу своего обещания.

Глава 29

Эльза

Я слушаю рассказ Эйдена о том дне.

Каждое слово и предложение это как удар ножом в живот. Это все равно что быть разрезанным и оставленным истекать кровью на земле. Это все равно что оказаться в эпицентре землетрясения, похороненным заживо.

Мы сидим бок о бок на холодном полу, не прикасаясь друг к другу. Эйден ни разу не взглянул на меня с тех пор, как начал говорить.

Его взгляд затерян вдалеке, будто он видит, как события разворачиваются перед ним.