Извращённое Королевство

Я вижу его в каждом углу и в каждом зале. Черт, я даже посещала тренировки, представляя, как он забивает гол в этой идеальной позе.

Я не понимала, как сильно нуждалась в Эйдене в своей жизни, пока он не ушел.

С разницей во времени мы могли переписываться только в нечетное время ночи. Этого и близко недостаточно.

Мысль о том, что мы навсегда разлучимся в конце этого года, вызывает тошноту.

От этой мысли перехватывает дыхание.

Чтобы отвлечься, я проводила ночи у тети и дяди, занимаясь йогой. Я встречалась со всадниками, Ноксом, Тил и Ким, но никто и ничто не может занять место Эйдена.

Он был постоянной частью моей жизни с начала года, и теперь, когда его нет, это настоящая пытка.

Засунув телефон обратно в карман, я прижимаю рюкзак к груди и следую за папой в его кабинет. Мы садимся бок о бок на черный кожаный диван в центре кабинета.

— Как прошел твой день? — он спрашивает.

— Хорошо.

Папа всегда спрашивает, как у меня прошел день и не нужно ли мне чего-нибудь. Хотя это делает меня счастливой в большинстве дней, сейчас я ни капельки не радуюсь.

Кирпичи тревоги громоздятся у меня в животе с каждой секундой, пока он молчит.

— Что происходит, пап?

— Ты же знаешь, что твое мнение для меня важнее всего остального, верно? — я киваю один раз, не уверенная, к чему он клонит. — Как ты знаешь, Родсы владеют Конгломератом в свою честь. Их члены решают, кто получит партнёрство, Джонатан или я.

— Да.

Пока я боролась с войной отца и Джонатана, Агнус держал нас в курсе. Каждая компания набирала членов этого комитета для голосования в их пользу.

Себастьян Куинс, отец Сильвер, является членом клуба, и Джонатан зол на Эйдена за то, что он разорвал помолвку в такое время.

Тем не менее, я уверена, что Себастьян проголосует в пользу Джонатана, учитывая, что они давние союзники.

Я слышала, как Агнус рассказывал о том, как папа вербовал некоторых членов аристократии. Если им удастся убедить одного из них, все остальные последуют за ними. Эти благородные люди верны друг другу.

— Я нашел возможного сильного союзника в комитете по голосованию, — говорит папа.

— Серьезно? — мое лицо светлеет. — Кто он?

— Граф Эдрик Астор.

— Оу. Отец Ронана. Я рада за тебя, папа.

Хотя выражение его лица ни капельки не радостное.

— В этом есть подвох.

— Подвох?

— Граф Астор согласился заключить союз только в том случае, если мы станем родственниками. Моя дочь будет обещана его сыну.

Информация обрушивается на меня, как ураган, со всеми молниями и громом.

— Ты имеешь в виду..