Измена по-венециански

— По-вашему, это представляет собой проблему?

— Я еще не решил, представляете ли собой проблему вы.

— Проблемой является эта ваша женщина, — сказал Виктор. — Я сомневаюсь в том, что она согласится принять помощь — хоть от вас, хоть от меня.

— Может, и так, но она все равно ее получит. — Малоун решил сменить тон на более мягкий и проговорил: — Мне характеризовали вас как ценное приобретение для нашего правительства, так давайте вместе поможем ей.

— Я и собирался это сделать, только не рассчитывал на то, что у меня появится подручный.

Малоун сунул пистолет за пояс под куртку.

— Проведите меня во дворец.

Эта просьба удивила Виктора.

— И всего-то?

— Для командира Священного отряда с этим не возникнет сложностей. Вам никто не станет задавать вопросы.

— Вы все с ума сошли, — потряс головой Виктор. — У вас что, склонность к суициду? Плохо уже то, что здесь оказалась она. Так теперь еще и вы. Я не могу нести ответственность за все это. Кроме того, глупо уже одно то, что мы с вами стоим тут и беседуем.

Зовастина знает вас в лицо.

Малоун уже думал об этом, но, проведя предварительную рекогносцировку, убедился, что в вестибюле камер наблюдения нет. Они располагались дальше, в основном зале терминала. Поблизости даже не было людей, потому он и решил, что вестибюль — самое подходящее место для разговора."

"— Просто проведите меня во дворец. Если вы сделаете это, я выполню основную работу. Таким образом и вы не будете расшифрованы. Вам не придется делать ничего, разве что подстраховывать и прикрывать меня.

Вашингтон хочет любой ценой сохранить вас для дальнейшей работы, и именно поэтому я нахожусь здесь.

Виктор, словно не веря собственным ушам, развел руками.

— И в чьей голове созрел этот дикий план?

Малоун ухмыльнулся.

— В моей.

67

Винченти вывел Линдси с задней террасы дома на каменистую тропку, что вела к горе. Зная, что ему часто придется ходить по этой древней тропинке, он загодя приказал выровнять ее, вырубить в некоторых местах скалы ступени и провести к тропе электричество.

И тропинка, и гора находились на территории его владений. Каждый раз, возвращаясь сюда, он вспоминал старого целителя, который по-кошачьи карабкался по склону горы, цепляясь за ее поверхность босыми ногами и пальцами. Винченти взбирался следом за ним, полный предвкушением чуда, словно ребенок, который поднимается за отцом по крутой лестнице на чердак, с замиранием сердца гадая, что там находится. И он не разочаровался.