Измена по-венециански

Она предложила мне снять домик, когда я приезжал сюда в прошлом году. Деньги, которые я плачу за аренду, ей очень кстати, а у меня есть возможность наслаждаться всеми этими красотами.

Кассиопее нравилась его спокойная манера поведения. Он никогда не повышал голос, не упрекал ее в незнании того, в чем сам являлся экспертом. Он был обычным человеком, который любил прошлое человечества.

— Ты нашел то, что искал?

Он обвел рукой горы и указал на красную землю.

— Здесь?

— Нет, — мотнула головой Кассиопея, — в Азии.

Он умолк, обдумывая ответ, а она смотрела на далекую горную вершину, с которой в этот момент покатилась вниз снежная лавина.

— Мне кажется, нашел, — наконец сказал Эли.

Она улыбнулась уверенности, с которой он произнес эти слова.

— И что же именно ты нашел?

— Тебя.

Лесть никогда не действовала на Кассиопею, хотя мужчины постоянно прибегали к ней, желая завоевать ее расположение. Однако с Эли все было иначе.

— А помимо этого?

— Я понял, что прошлое не умирает.

— Расскажи мне об этом, — попросила она.

Вой затих, и до их слуха донеслось журчание какой-то далекой речушки.

— Не сейчас, — ответил Эли.

Она обняла его за плечи, притянула к себе и прошептала:

— В любой момент, когда ты будешь готов."

"Воспоминания заставили ее глаза увлажниться. Эли был особенным буквально во всем. Его смерть стала для нее потрясением — столь же сильным, как известие о смерти отца и смерть матери, погибшей от рака, о существовании которого у нее никто даже не подозревал. Каждый раз Кассиопея испытывала такую сильную боль, что, казалось, не выдержит сердце.

Она заметила два желтых огня. Приближалась какая-то лодка, держа курс прямо на Торчелло. Чуть раньше приплыли два водных такси и, забрав задержавшихся посетителей ресторана, отбыли в сторону Венеции.

Она искренне верила в то, о чем сказала Малоуну. Эли убили. У нее не было доказательств, одна только интуиция, но она еще никогда не подводила Кассиопею. Торвальдсен, благослови его Бог, почувствовал, что ей необходимо покончить с этой проблемой, и поэтому без лишних разговоров прислал все, о чем она просила, — матерчатую сумку, которая сейчас висела у нее на плече, и пистолеты, один из которых она сунула за пояс.

Лодка замедлила ход, звук мотора стал тише. Это было точно такое же суденышко, как то, на котором сюда приплыли они с Малоуном. Оно направлялось прямиком к устью канала.