Измена по-венециански

Малоун был вынужден признать, что еда здесь и впрямь отменная. Даже Кассиопея уплетала чудо-спагетти за обе щеки. После того как они позавтракали в Копенгагене, у них весь день маковой росинки во рту не было.

— Они вернутся после того, как стемнеет, — негромко произнесла она.

— Чтобы устроить еще один пожар?

— Это было бы в их стиле, но сейчас пожар не очень-то нужен. Этой монеты никто не хватится.

Когда Виктор со своим помощником уплыли с острова, Малоун и Кассиопея осмотрели музей. Кассиопея была права: здесь не было ничего ценного: фрагменты колонн, капителей, мозаики да несколько картин.

На втором этаже стояли шаткие, закрытые стеклом стеллажи, на их полках — какие-то глиняные черепки, древние предметы домашнего обихода и украшения. В одном из стеллажей, почти затерявшись среди других монет, лежал слоновий медальон. Малоун обратил внимание, что музей не оснащен ни сигнализацией, ни какими-либо другими системами безопасности. Сторожиху — толстую тетку в невзрачном белом платье — волновало только одно: как бы посетители не растащили висящие по стенам фотографии.

— Я убью этого сукина сына, — пробормотала Кассиопея.

Это заявление не удивило Малоуна. Он почувствовал, как в ней поднимается злость, еще когда они стояли на смотровой площадке кампанилы.

— Ты считаешь, что Эли был убит по приказу Ирины Зовастиной? — спросил Малоун. Она перестала жевать. — У тебя есть какие-нибудь доказательства помимо того, что его дом сгорел дотла?

— Это сделала она. Я знаю.

— На самом деле ни черта ты не знаешь.

Они сидела не шевелясь. Над островом начинала сгущаться вечерня мгла.

— Я знаю достаточно.

— Кассиопея, ты притягиваешь выводы за уши. Я согласен, пожар — это очень подозрительно, но если убийство действительно организовала она, ты должна выяснить почему.

— Когда опасность грозила Гари, что ты сделал?

— Выручил его. Целым и невредимым.

Малоун не сомневался: Кассиопея осознает его правоту. Одно из главных правил оперативника гласило: никогда не выпускай из виду главную цель.

— Мне не нужны твои советы.

— Тебе нужно остановиться и подумать.

— Коттон, происходит нечто такое, масштабы чего ты не в состоянии постичь.

— Просто фильм-катастрофа!

— Коттон, отправляйся домой и оставь меня в покое.

— Этого я сделать не могу.

Его внимание привлекла вибрация в кармане брюк. Вынув оттуда сотовый телефон, он взглянул на номер вызывающего и сообщил Кассиопее:

— Это Хенрик.

А затем ответил на вызов.