Измена: (не) прощу дракона (СИ)

«А ведь так намного удобнее! — восхитилась я. — Ведьма явно знает толк в комфорте».

Я проголодалась, но подать еду было некому. «Теперь и завтрак самой готовить. Теперь вообще всё самой делать. Интересно, а как Данимира живёт одна? Хотя если обладать магией, жизнь намного проще».

Я вспомнила, как вскоре после свадьбы мы с Флорианом возвращались домой в родной Вайр из небольшой поездки. Широкая дорога, вившаяся среди холмов, пользовалась популярностью из-за удобства и обилия добротных постоялых домов. Вот и тогда по ней кроме нас передвигались ещё несколько экипажей, всадники, деревенские телеги и множество пеших путников.

Сначала мы услышали низкий рокот. Не успела я ничего сообразить, как по дороге заскакали мелкие камни, а потом склон огромного холма, возвышавшегося над нами, вдруг поехал вниз. Камни, деревья, огромные пласты земли с жутким грохотом неслись, набирая скорость, прямо на дорогу, туда, где было много людей. Флориан мигом выбрался из кареты, приказал кучеру гнать быстрее. Расталкивая людей, бежавших ему навстречу, он бросился к холму наперерез оползню.

Как только карета остановилась поодаль, я выскочила из неё, хотела кинуться к Флориану, но мне хватило ума не бежать за ним и не звать, чтобы не мешать.

Везде кричали люди, пытались спрятаться от падающих сверху камней. Флориан на бегу вытянул руку и летящие на головы людей камни зависли в воздухе, вертясь в разные стороны. Перед Рианом возникла красная спираль. Она раскручивалась, росла в размерах, роняя снопы огненных искр, пока не превратилась в полупрозрачный щит.

Эта исполинская спираль устремилась навстречу огромному оползню, раздался удар, и тучи пыли взлетели в воздух. Оглушительный скрежет перекрыл крики людей. Я стояла ни жива ни мертва, боясь отвести глаза от одинокой фигуры мужа, принявшего удар безжалостной стихии на себя. Флориан удерживал оползень, пока все люди не добрались до безопасного места. Тогда он отошёл в сторону, опустил руки, и спираль, вспыхнув, исчезла. Оползень, уже ничем не удерживаемый, ринулся вниз и огромной бесформенной массой перегородил дорогу.

Флориан вернулся ко мне весь в пыли и как ни в чём не бывало принялся отряхиваться. Он чувствовал себя спокойно, с улыбкой принимая благодарности от спасённых. Меня же ещё очень долго била нервная дрожь, и Флориан обнимал и успокаивал меню всю оставшуюся дорогу.

От мыслей о Риане и его объятиях вернулась грусть, и я тряхнула головой, прогоняя непрошенные воспоминания.