Измена мужа. После (СИ)

– Есть будешь? – интересуется свекровь. – Или у тебя теперь какая-то особая диета?

– Ну… Главное сильно соленого, острого и жареного не есть, – нахожусь я. – А остальное можно.

– Вот и славненько. Тогда куриного супчика налью?

– Давайте.

Марина подбегает и хвастается очередным рисунком, на котором изображена я, сидящая на радуге.

– Как мило, дочур. Спасибо, – улыбаюсь. – А сможешь нарисовать меня на берегу моря? Что-то очень захотелось.

– Конечно! – с воодушевлением отвечает она. – Легче легкого!

– Ну тогда иди, рисуй.

– Хорошо.

Сполоснув руки, прохожу на кухню, где свекровь колдует у плиты. Набираю в легкие побольше воздуха и на одном дыхании выпаливаю:

– Лидия Георгиевна, мне надо с вами серьезно поговорить.

Глава 15

– Да, Алиночка, я тебя слушаю, – свекровь оборачивается, держа в руках половник. – Что случилось?

Слова обрастают шипами и застревают в горле. Очень тяжело выталкивать их наружу, но иного выбора у меня нет. Лидия Георгиевна – не чужой человек. За годы брака с Димой она стала мне почти как мать.

– Лидия Георгиевна, мы с Димой разводимся.

Половник с шумом летит обратно в кастрюлю, а свекровь взволнованно хватается за сердце.

– Бог с тобой, Алиночка, – хрипит задушено. – Что ты такое говоришь?

– Мне очень жаль, что так вышло, – понурю голову.

Почему-то чувствую себя виноватой. Хотя в случившемся нет моей вины. Я, конечно, понимаю, что в любом конфликте замешаны двое, но у нас с Димой, по большому счету, даже конфликта-то не было….

– Нет-нет, этого не может быть, – Лидия Георгиевна неверяще мотает головой. – Я только сегодня разговаривала с Димой… И ни о каком разводе он не упоминал…

Вздыхаю. Как я и думала, муж по-прежнему находится в стадии отрицания. Он не воспринимает мое намерение развестись всерьез. Думает, это просто временная блажь оскорбленной женщины.

Признаться честно, я и сама пока действую на автопилоте.

Ведь нельзя прощать изменщиков, верно? Нельзя.

– Дима против, – отзываюсь я. – Он считает, что мы можем решить наши проблемы, но я с ним не согласна.

– Господи, – Лидия Георгиевна оседает на стул.