Измена. Мой непрощённый (СИ)

Муж, вы подумайте только!

— Ты серьёзно?

Встаю. Азарт не даёт усидеть.

— Ты же это назло мне всё делаешь, Настя? — говорю, и пытаюсь увидеть свою правоту в её взгляде.

Но изумрудная глубь безмятежна, тиха.

— Тебе? — удивляется Настя.

— Ну, а кому? — вопрошаю, уже и сам ощущая, как тает моя убеждённость в своей правоте, — Ты же не можешь всерьёз полюбить автослесаря? Привести его в дом, познакомить с детьми. Настя, это не твой почерк. Признайся, ты мстишь?

Она ошарашено смотрит. Как рыба, хватает ртом воздух.

Но Настя берёт себя в руки."

"— Самойлов, хочу огорчить тебя! — произносит спокойно, словно мнит себя умной, — Мир не вертится вокруг твоей персоны. Представь себе, есть много мужчин…

Других! Вы подумайте только! Так значит, их много?

— Я раскусил тебя, Настя! Признайся уже! Это блеф?

Она дуется. Губы искусаны. Как бывает всегда, когда есть, что сказать.

И я продолжаю давить на больное:

— Этот твой слесарь, он вообще в курсе того, что у тебя есть двое детей?

Настя кивает:

— Да, в курсе.

Но это не всё. Ведь она обеспечена. Мною! Я дал ей последние деньги. И не для того, чтобы всякие личности вились вокруг. И питались от этой «кормушки»…

— А он в курсе того, что у тебя на счету лежат два миллиона? — вопрошаю с намерением выжать её до конца.

Скорее всего, рассказала ему о деньгах! А он просто взял на заметку. Богатая баба, с детьми. Вот добыча!

Она пожимает плечами:

— Какая разница, в курсе он, или нет?

— Большая! — кричу ей в лицо, — Ты для него, как приманка.

Она излучает спокойствие. Точнее, пытается излучать. Я-то вижу, как руки дрожат. Она прячет ладони подмышками.

— Он не такой, тебе ясно? — заявляет с достоинством истинной леди.

— А какой он? — бросаю.

«Твой слесарь, твой ёб*рь, твой стыдный секрет».

— Он лучше, — вздёрнув свой маленький нос, отвечает она.

«Лучше кого?» — хочу я спросить.

— И чем же он лучше? — смеюсь я в ответ.

Ну, же! Давай! Расскажи мне, какой он, твой трахарь? Горячий, большой, мускулистый…

— Тем, что он любит меня, — заявляет она.

Вот же, стерва. Я тупо молчу. Не найдя, что ответить. Любовь… Да что она знает об этом?

— Любит, значит? — бросаю с усмешкой, — А ты? Ты тоже… любишь его?

Она закрывает глаза. Улыбается собственным мыслям.