Измена. Мой непрощённый (СИ)

Попробовав, он закрывает глаза:"

"— Действительно, нежный, — и хотя речь идёт о салате. Я отчётливо вижу подтекст: «Я буду таким же нежным, как этот салат».

Смущённо кусаю губу:

— Спасибо.

Денис ест до тех пор, пока не набьёт себе брюхо. Быстро и почти безостановочно.

— Ты хоть жуй! — говорю я ему.

Второй тост мы пьём за знакомство. Третий — «за дам». А четвёртый Витя решает посвятить той машине, что якобы нас познакомила.

— За красный Фиат, пускай ездит исправно.

Дочь ухмыляется, пить не спешит.

— Между прочим, эту машину папа маме подарил, когда я родилась, — слышу беззлобный, застенчивый голос.

Он косится на меня. Отпив, ставит сок:

— Хороший подарок.

Я еле слышно дышу. Хочу провалиться сквозь землю! На помощь приходит Дениска:

— Неравноценный обмен, по-моему, — взгляд, которым он награждает сестру, просто исходит злорадством.

— Ты имеешь ввиду, что нужно было дарить как минимум Порш? — отвечает она.

— Правильно будет Порше, с ударением на первом слоге, — замечает Витя.

— А мне больше нравится Порш, — цедит Динка.

Просто из вредности!

Давид оживляется:

— Вообще-то, я имел ввиду, что можно было обойтись великом.

Динка кривится:

— Какой же ты мерзкий!

— И вот так постоянно, — произношу в адрес Вити вполголоса.

Он берёт мои пальцы. И молча сжимает. Тем самым давая понять, что я не одна.

Остаток ужина мы говорим на отвлечённые темы. Их оказалось не так уж и много! Но, когда Витя упоминает, что бензин добавляют в косметику, Динка берётся ему возражать:

— Как? А откуда вы знаете?

— Из надёжного источника, — отвечает Витя.

Динка испуганно слушает, как бензин улучшает какие-то свойства, удешевляет и консервирует одновременно. А после хватает смартфон.

— Об этом не пишут, — серьёзно осведомляет нас Витя.

— В смысле, вообще? — дочь удивлённо глядит.

Тот стойко выдерживает взгляд:

— Ну, это же не экологично. Кто станет писать о таком? Это делают тайно.

Она кусает губу, да так и сидит. Очевидно, размышляя, сколько бензина измазала на себя за всё это время.

— Правда, что ли? — спрашиваю я, провожая.

Вечер закончился быстро. Я желаю продолжить его. Извиниться. Но Витя меня обнимает:

— Здорово я придумал?

— Мой выдумщик, — прячу лицо у него на груди.

— Я был убедителен? — произносит Витя. Руки ныряют под полы пальто. Хватают за талию.

— Более чем, — шепчу, подставляя лицо поцелую.

После мы с дочерью моем посуду.