Из разводас любовью

- Где мы? – Я оглянулась по сторонам, пытаясь вспомнить хоть одно знакомое здание или кафе неподалеку. Пусто. Перекати-поле прошуршало посреди сознания, в этой части города я раньше не была.

- Кризисный центр помощи женщинам и детям, - Виталик засунул руки поглубже в карманы пальто, и шагнул к крыльцу. С этого ракурса он напоминал господина из прошлого столетия, такой же благородный и недоступный, будто сошел с полотна акварельной картины.

- Зачем ты сюда нас привез?

- Еще не поняла? – Он внимательно смотрел в темные зашторенные шторами окна.

- Ты имеешь ввиду…здесь?!

- Конечно. Тут отличное руководство, они и сами заинтересованы в огласке фонда. Пока он живет на помощь неравнодушных и, как видишь, не очень-то справляется. А внутри ты обязательно найдешь несколько женщин, которые готовы и хотят рассказать свои истории.

- Но это же…

- Так по настоящему, верно, Ян? Картинка не получится такой гладкой, как ты задумала, актеров придется уволить, да и сценарий перекроить заново.

- Погоди, - все это не укладывалось у меня в голове. – Это же съемки на-живую, нужен совсем другой реквизит, и свет, и, господи, перезаключить контракты со всеми подрядчиками. Сколько же это займет времени?

- А куда ты спешишь? Репутацию Валерия спасать больше не нужно, от одобрения начальства ты теперь не зависишь.

Виталик смотрела на меня, как мать смотрит на своего ребенка, когда тот пытается сделать первые шаги. Во взгляде читались желание взять за руку и провести по прямой безопасной дорожке, чтобы миновать все острые углы.

- Ты хоть представляешь, сколько денег это будет стоить?!

- Владимировна, это ж большой бизнес, или ты думала, что вечно будешь сиськи мять? - раздался из-за спины голос Серпантина.

- Вадимовна! – в один голос произнесли мы с Виталиком и посмотрели друг на друга.

- У меня нет таких сумм.

- Это ужасно, - сочувственно кивнул он, хотя во взгляде не было и грамма сочувствия. – но ты как бизнесмен должна изловчиться и найти деньги на свой проект.

- Господи, да где?! Или… - Я посмотрела на возвышавшуюся надо мной фигуру в черном пальто и ужаснулась тому, какой дурой иногда могу быть: - ты хочешь предложить мне помощь?!

- Яна, это не благотворительность, а я не дед Мороз.