Изгнанница. Искра Императора

— Я же приютская! Меня не только девочки учили разным тонкостям, но и мальчики — защищаться. В приюте мы всегда стояли горой друг за друга.

— Но я не приютская, — заметила я после того, как вздохнула с облегчением.

— Вы теперь тоже наша.

Поддавшись внезапному порыву, я поднялась и крепко обняла девушку.

— Я тебе очень благодарна, Ханна. От всего сердца. Но больше так не делай, пожалуйста, — попросила я. — Император — это тебе не кучер. Тем более он дракон. Пожалуйста, не позволяй ему сделать тебе больно. Или сделать мне больно через тебя.

Я поняла, что плачу, и быстро стерла слезы с щек. Все-таки я не железная, хоть и хотела бы такой казаться.

— Вы должны пообещать мне то же самое, Альви, — камеристка, а теперь, наверное, уже моя подруга посмотрела на меня со всей строгостью. — Не позволяйте ему причинять вам боль. Пусть даже он сам император!

Ее объятия и поддержка придали мне сил. Я вспомнила, что я в своей новой жизни теперь не одна. Альви была одна, а я нет.

Ну и что, что мой противник «сам император»? И тянущаяся к родной магии искра.

14

Подготовиться к ужину мне тоже помогала Ханна. Вот здесь как раз в ход пошли закрытые утепленные платья из тяжелого бархата, а еще высокая прическа, когда мои волосы собрали наверх, чтобы ничем не провоцировать воображение императора. Или не дать ему подумать (даже случайно), что я вся такая красивая для него.

Жаль, у Альви не было ни единого прыщичка! Я бы его еще чем-нибудь красным подкрасила, но ее кожа дышала чистотой, свежестью и молодостью просто потому что. Я бы даже сказала, я выгляжу до отвратительного бодрой и здоровой, вот просто фу! То ли искра оживилась от близости ненавистного ящера, то ли что, но скрыть блеск глаз не получилось даже белой пудрой, которая должна была мне придать аристократической бледности.

Или не очень аристократической, как получится.

В таком виде я и выдвинулась на ужин с благоверным, готовая отбить у него все желание меня домогаться.

Накрыли для нас в большой столовой, где, как рассказала мне Ханна, мы должны были сидеть на разных концах стола.