Иван-царевича не надо (СИ)

Вот зуб даю, это яркий представитель богоизбранного народа — миндалевидные темные глаза, крупноватый, для худощавого, вытянутого лица, нос с горбинкой, бледноватая, чистая кожа. Сам тоже худощавый, одет в темные, поношенный одежды, но чистые и целые. Сидел он спокойно, особого любопытства не проявлял. Во взоре присутствовала какая-то безнадёга, что ли…

Уловив взгляд священника на мои чуни, выглядывающие из-под подола платья, я чуть нервно объяснила:

— Простите, отец Василий, я с утра намерена была пойти во двор, знакомиться с хозяйством, оделась соответственно, но внезапно приехали Иван Аркадьевич Пешков и его сестра, Анна Аркадьевна.

Переодеться я просто не успела, они меня застали прямо у дверей. А вы проездом к нам или паству навещали?

Это я так, не слишком галантно пытаюсь уяснить — какого черта им всем от меня надо? Но священник стал лучиться добром и радостью ещё более, чем пять минут назад.

— Голубушка, Катерина Сергеевна, я как раз специально к вам по делу! Я помню вашу просьбу, вы просили порекомендовать опытного и надёжного человека на должность управляющего.

Так я такого человека нашел. Вот, представляю вам. Яков Семёнович Васильев.

Ну, если он Васильев, то я Чио-Чио-Сан! Ему уж скорее подойдёт Цукерман, чем Васильев! Нет, нет, не подумайте плохо, никаких антисемитских убеждений у меня нет, у меня сестра замужем за евреем и я сама там часто бываю, в Израиле, в смысле бывала. И страшно уважаю этот народ за трудолюбие. Но видеть еврея здесь, в сельской глубинке, в девятнадцатом веке — довольно необычно.

Видимо, что-то промелькнуло у меня на лице, что отец Василий счёл нужным торопливо пояснить.

— Яков Семёнович является моим добрым прихожанином уже пятнадцать лет, я его хорошо знаю, и в его деловых качествах и опыте уверен. Думаю, что вы, как барышня столичных взглядов, не столь подвержены нашим сельским косностям.

Яков Семёнович мягко и грустно улыбнулся, обращаясь к отцу Василию.

— Простите, отче, давайте я расскажу барышне Катерине Сергеевне о себе, и она уж тогда решит, подхожу ли я ей в качестве наёмного работника.

Я ранее работал управляющим в имении неподалеку от Вязьмы, но старые хозяева умерли, а их сыновья, живущие в столице, никак не могли решить, кто будет владеть имением. И поэтому решили просто продать имение, пока оно ещё в цене. Продали богатому купцу из Смоленска. Купец решил сельским хозяйством не заниматься, а поставить там винокуренный завод да ещё какую-то мануфактуру, кажется, кожевенную.