Истинные поневоле, или Тайны Мерцающего мира (СИ)

– Тогда придётся закрыть тебя в особняке и не выпускать, пока не добьюсь желаемого, – мне в тон улыбнулся Лиордан.

Я двинулась вперёд, пока не остановилась прямо напротив сидящего на кровати мужчины, которого желала, как никого другого.

– Подобные замашки ни к чему хорошему не приведут, – негромко посмеялась я. – Может быть просто тебе нужно доказать свои чувства?

Лиордан привстал и рывком дёрнул меня на себя, я бы упала, если бы он не поймал меня, прижимая к своей груди. Тонкий старый плед распахнулся, оголив грудь, я даже не думала его поправлять, лишь поёрзала, поудобнее устраиваясь на коленях, и сама нашла его губы, положив руки на плечи.

Его ладони скользнули под плед, поспешно освобождая меня от того, что только мешало нам чувствовать друг друга. Я застонала в жадно целующие меня губы, когда ощутила руки, скользящие по моим бёдрам и сжимающие их почти до боли.

Лиордан оторвался от меня и нашёл губами уже ставшую твёрдой горошинку соска, он ласкал её языком и посасывал. Волны удовольствия накатывали одна за другой.

Внезапно Лиордан приподнял меня и опрокинул на кровать. Его взгляд обжигал. Мне нравилось видеть, как его ломает от желания. Я просто из-под опущенных ресниц наблюдала, как Лиор наспех стягивает рубашку, почти разрывая пуговицы. Рана от укуса на его боку почти затянулась, я удивилась, как хорошо действует регенерация от тату.

Я привстала, и сама потянулась к пряжке его ремня. Подняла голову наверх и улыбнулась уголком губы, глядя как вздымается мощная грудь Лиора. Его рука, покрытая десятками символов гоблинских татуировок, потянулась ко мне и погладила по волосам, заправляя пряди за ухо.

– Ты моя, – хрипло выдохнул он, пока я медленно расстёгивала его ширинку.

Справившись с задачей, я погладила пальцами его член через тонкую ткань белья, но он не дал мне и шанса что-то сделать самой.

– Я хочу тебя, – прошептала я. – Прямо сейчас.

Лиордан поднял голову и навис надо мной, снова впиваясь в распухшие от поцелуев губы. Я видела, что и ему уже тяжело сдерживаться. Его взгляд стал диким, почти безумным.