Испорть меня

Айдаров заносит меня в дом, идет к дивану, опускается на него вместе со мной, а я рыдаю. Как маленький ребенок. Громко и навзрыд. Тело колотит, я всхлипываю, а муж вытирает слезы.

— Тише, — его пальцы смахивают мои слезинки, моя голова прижата к его груди. Я все еще вздрагиваю, но потихоньку успокаиваюсь. Перед глазами больше все не плывет. Я, кажется, выплакала все слезы. Только сейчас я замечаю, что что-то не так. Рукава Рустама закатаны до локтей. Костяшки сбиты в кровь. Рукава белой рубашки запачканы чем-то красным.

— Тебя не было так долго…

Произношу тихо, не рискую поднять голову и посмотреть в его глаза. Боюсь увидеть там осуждение и ненависть за мой поступок.

— Ты бы не хотела увидеть в каком состоянии я прилетел.

Как всегда отвечает честно. Не пытается юлить.

— Ты был там? — Я ведь хорошо слышала слова Юсупова, про оставить тех подонков для его друга.

— Никто не смеет трогать мою жену, причинять ей вред, за каждый поступок есть последствия.

— Тот, что был со мной в подвале, сказал, что у него есть босс. Это он его послал. — Стоит мне произнести эти слова, как рука мужа сжимается в кулак. Мне совершенно не жалко тех мразей, которые так поступили со мной. Без всякой жалости.

Я сильнее прижимаюсь к мужу, греюсь от тепла его кожи.

— Ту мразь мы еще не нашли, но я не успокоюсь, пока не накажу всех.

— Я больше никогда тебя не ослушаюсь, — шепчу в ответ.

Ладони мужа в этот момент обхватывают мое лицо и поднимают вверх.

— Ты теперь из дома не выйдешь без десятка охранников.

Ты даже представить себе не можешь, что я чувствовал, когда был хуй знает где, когда тебя похитили. Более беспомощным чем в тот момент, я себя еще никогда не чувствовал. Ты и наш ребенок самое дорогое, что у меня есть. И поверь, сегодняшний день меня многому научил.

Я лишь киваю в ответ. Я и сама только дома осознала насколько сильно плохо все это могло закончиться.

— Я так сильно тебя люблю, — всхлипываю и тянусь к мужу, целую в губы.

— Я люблю тебя больше жизни, малыш, — шепчет в губы, а после впивается в них поцелуем.

Эпилог

— Ты что делаешь? — посмеиваюсь и наиграно строго смотрю на мужа в отражении зеркала. Айдаров без какого либо стеснения продолжает стягивать с меня платье, при этом жадным взглядом рассматривать в зеркале.

— Помогаю, — произносит с кривой усмешкой на губах.