Испорть меня

Он скорее любит делать, чем обсуждать.

— Это любимый десерт Галины Петровны? — Закусываю щеку изнутри как только произнесла свой вопрос. Ничего не могу поделать с тем, что мне безумно любопытно у него все расспросить. Почему-то именно сегодня я чувствую, что имею на это право…

— Ее любимый десерт готовят в ""Моне"". Этот десерт на втором месте в списке.

Айдаров отвечает коротко. А мне не хватает подробностей. Как именно он определил, что это второй, а не первый? Он возил Галину Петровну в рестораны? Расспрашивал? Или сам сделал такие выводы?

Я чуть не взрываюсь от вопросов и эмоции, которые меня буквально распирают изнутри.

— Она важный для тебя человек? — В этот момент машина как раз останавливается. Мы попадаем в небольшую пробку, и Айдаров поворачивается ко мне и впивается взглядом в мое лицо.

— Я ей доверяю, — кивает и продолжает смотреть. Господи, да что же так мало информации?

— Просто доверять мало. Ты о ней заботишься. Я не замечала такого же отношения по отношению к другим людям в доме.

Я действительно ни разу не видела, чтобы он привозил кому-то из прислуги еду. И Галина Петровна занимает высокую должность в доме. Она главная и все безукоризненно ей подчиняются.

Рустам прищуривается, как будто хочет что-то разглядеть в моих глазах.

— Она знает меня с самого детства, в какой-то степени она для меня родной человек. И да, я о ней забочусь.

В груди что-то екает. Тепло расплывается в грудной клетке. В эту самую секунду я вижу столько эмоций в его взгляде. Неужели я когда-то могла думать, что он бесчувственный?

— Я поняла, что она особенная, — киваю и не разрываю наш зрительный контакт, — она имеет слишком большой авторитет среди всех подчиненных. Может принимать решения не посоветовавшись.

— Она была с внуком на отдыхе, — Рустам кивает, — у мальчика астма и раз в год они ездят туда, где благоприятный климат. Я предлагал купить им там дом, чтобы они всегда могли жить там, где мальчугану будет комфортно. Галина Петровна обещала подумать.

— Это хорошее предложение, — я снова улыбаюсь, а Рустам лишь кивает.

Отворачиваюсь к окну, а глупая улыбка не сходит с лица.