Я подарю тебе крылья

Она смотрела в окно, слыша, как загудел самолет.

– Реверс, – задумчиво прошептала она сама себе, но Даниэль услышал. Слышать от нее такие слова было уже не впервой.

– Аэропорт обязывает.

Она повернулась к нему, желая задать кучу вопросов. Странных. Для нормальной девушки.

– Ты не используешь реверс, когда мы садимся в Дубае. Почему?

Он все еще смотрел в ее окно, слегка прищурив глаза, наверное, размышляя над ответом. Но на самом деле ответ был один – потому что он Даниэль Фернандес Торрес.

– В Дубае полоса позволяет сделать пробег, так почему не использовать ее для этого? Плюс ко всему – аэропорт находится в центре города, постоянный шум надоедает людям, живущим рядом.

Девушка смотрела на него, но он полностью был поглощен видом в окне приближающегося аэропорта, мысленно пытаясь представить, как завтра он поднимет новый самолет в воздух. Пустой. Это мечта любого пилота.

Пока мысленно он был где-то в другом месте, Оливия рассматривала его лицо: еще вчера он был гладко выбрит, сейчас черная щетина делала его старше.

Почувствовав взгляд холодно-голубых глаз, Даниэль посмотрел на Оливию. Схватка между ясным небом и грозой. Казалось, в этот момент даже воздух пропитался озоном.

– При неиспользовании реверса износ шин выше, – выдохнула она, опять закусив нижнюю губу, но все еще смотря в его глаза. Даже в этом вопросе она перечила ему.

– При использовании реверса износ двигателей выше, а это куда дороже, чем поменять резину, – он отстранился от нее, смотря на встающих со своих кресел людей. – Поезжай с экипажем Арчера в отель. Сегодня ты мне не нужна.

– А где будешь ты?

Он старался не смотреть на нее, желание быстрее выпроводить подальше эту девушку возникло внезапно, как гром среди ясного неба.

– Пойду в технический центр изучать документы и самолеты. Завтра наш вылет в двенадцать тридцать, надо в десять утра уже быть в аэропорту.

– Я могу выйти из отеля в город?

Оливия была счастлива знать, что получится встретиться с подругой и наконец спокойно поговорить.

– Можешь даже заблудиться в нем.

Мерзавец опять съязвил, но, пропуская это мимо ушей, она решила не портить себе настроение. Оливия была рада заблудиться навсегда и никогда больше не видеть Даниэля Фернандеса.

– Тогда до завтра, – Оливия поднялась со своего кресла, и он встал, пропуская ее.