Я! Еду! Домой! Я еду домой!

Что потом – покажет время.

– Хочешь добрый совет? – спросил я.

Хесус, возившийся с товаром, тоже остановился, прислушиваясь.

– Если совет хороший, то хочу, хефе, – с совершенно серьезным видом кивнул Паблито.

– Если почувствуешь, что дела идут плохо, езжай к нам на склад. Сегодня возьми грузовик и на нем езжай домой. И если ситуация начнет ухудшаться, загрузи в него всех и приезжай на работу. Там забор, там хорошие ворота, генератор – можно продержаться какое-то время, пока не придумаем что-то получше.

– Хефе, вы сказали «нам». Вы планируете туда переехать?

– Не знаю, – вздохнул я. – Но это очень вероятно. Если нет, то ты знаешь, где меня искать.

– Знаю.

– Вот и не стесняйся. Проявись, если приедешь туда.

Я попрощался, подхватил с пола тяжелую сумку и направился к двери. В последний момент, когда уже взялся за ручку, спохватился и не вышел решительно и смело во двор, а сначала выглянул в окошко. Затем еще раз, приоткрыв створку. И лишь потом быстро поволок сумку к фургону.

Надпись на борту. Закрасить бы надо, а то слишком вызывающе получается. Юма – город маленький. Хотя… Я присмотрелся повнимательнее. Прекрасно, здесь виниловая пленка с логотипом, а вовсе не краска. Как я не сообразил сразу? Попробовал подцепить ее ногтем, и она на удивление легко стала отделяться от белого борта фургона. Я оглянулся. Хесус с любопытством наблюдал за мной от дверей.

22 марта, четверг, вечер. Округ Юма, Аризона, США

Дорога до Уэлтона была на этот раз вообще пустой. Ехали только я и следом за мной «Сатурн» Паблито, который решил не откладывать дела в долгий ящик и направился на склад за фургоном. У нас был большой «исудзу» с кузовом-«ящиком», на котором Паблито частенько доставлял товар заказчикам. Я тоже решил ему помочь, хотя бы прикрыть в силу моей здорово возросшей огневой мощи.

"Охраны на складе не было, естественно. Ворота закрыты, и даже офис не разорен. Поэтому процедура изъятия фургона прошла рутинно – Паблито взял ключи в трейлере, пересел в него, выгнал на улицу, я запер ворота, и мы разъехались.