ГП. Падение во Тьму

Это тёмное пятно будто заполняло вакуум в его душе, принося удовлетворение.

_ _

Прошло несколько дней. Хагрид отвел Гарри в лес и показал драконов. Мадам Максим тоже была там, а когда на обратном пути он столкнулся с Каркаровым, не осталось сомнений в том, что и Делакур, и Крам узнают о драконах.

А ещё Поттер понимал, что никто не предупредит Седрика.

Этой же ночью, после знакомства с новыми обитателями Запретного леса, юноша по каминной сети связался с Сириусом. Крёстный рассказал ему о том, что раньше Каркаров был Пожирателем Смерти и, конечно, попросил Гарри быть осторожнее, подозревая, что тот, кто бросил имя его крестника в Кубок, почти наверняка хочет убить его.

На этом Турнире погибают люди, и именно поэтому было установлено возрастное ограничение. Поттер недавно поступил на четвёртый курс, и его знаний было недостаточно для приготовленных испытаний. Он просто не мог знать тех заклинаний, которыми уже владели остальные участники Турнира.

К тому же, Гарри был напуган предстоящей перспективой померяться силами с драконом.

А когда он увидел, что тем, кто прервал его разговор, оказался Рон, разочарование переросло в глухую ярость. Этот завистливый предатель, который когда-то был лучшим другом!

«Он - жаждущая славы собака. Всё, что ему было нужно - греться в лучах славы «Мальчика-Который-Выжил».

_ _

Всё свободное время Гарри тратил на поиски информации о драконах и чем больше узнавал о них, тем лучше понимал, насколько опасны эти твари. Обычно для поимки дракона использовалось несколько команд, а чтобы обездвижить дракона, двадцать волшебников должны были одновременно использовать заклинание Остолбенения.

Юноша положил книгу на прикроватную тумбочку и откинулся на подушки. Сейчас было около полуночи, и все его одноклассники давно спали. А он был слишком напряжен и теперь начинал по-настоящему волноваться. До первого задания осталась всего неделя, а у него нет никаких идей, не говоря уже о плане."

"Поттер закрыл глаза, привычно выравнивая дыхание, и быстро оказался у тёмного угла, который с привычной лёгкостью успокоил его взвинченные нервы.