Глаза дракона

Теперь он увидел в них только собственное лицо, бледное, как у узника, глядящего из-за решетки."

"Хотя все в комнате было холодным — огонь еще не успел согреть воздух — стрела показалась ему странно теплой. Он смутно помнил древнее поверье о том, что оружие, убившее дракона, навсегда сохраняет его жар. «Похоже, это в самом деле так», — сонно подумал Томас. Но тепло стрелы не пугало его, а, напротив, успокаивало. Томас задремал в кресле с луком в одной руке и стрелой в другой, не зная, что именно в эту минуту сюда, к нему спешит Питер, а за ним по пятам гонится Флегг, его главный советник и злой гений.

Глава 139

Томас не удивился тому, что застал дверь комнаты отца незапертой, и Питер тоже — в прежние времена ее никогда не запирали.

Питер влетел в комнату вместе с остальными. Фриски бешено лаяла, шерсть ее стояла дыбом. Она понимала, что происходит. Кто-то гонится за ними; кто-то, пахнущий смертью, как тот газ, что убивает шахтеров в рудниках Восточного бароната. Фриски готова была драться с носителем этого запаха, но, если бы ее спросили, сказала бы, что это не человек.

«Питер, что…» — начал Бен, но Питер не слушал его. Он пролетел через комнату прямо к голове Нинера и потянулся к луку и стреле, всегда висевшими там.

Их не было.

Деннис, вбежавший последним, запер дверь на засов. Теперь она содрогалась под тяжелыми ударами.

Питер растерянно оглянулся. Деннис и Наоми сжались в ожидании неотвратимого. Фриски скулила, прижавшись к ногам хозяйки.

«Пустите! — прорычал Флегг. — Откройте дверь!» «Питер!» — Бен обнажил кинжал.

«Отойди! — крикнул ему Питер. Все отойдите, если вам дорога жизнь!».

Кулак Флегга, светящийся теперь синим огнем, опять обрушился на дверь. Засовы лопнули одновременно со звуком пушечного выстрела. Через треснувшее дерево брызнул сноп синих лучей. Изуродованная дверь постояла еще секунду и с грохотом рухнула внутрь.

Флегг стоял на пороге. Его капюшон упал, открыв восковое лицо. Глаза горели.

В руке он сжимал тяжелые топор палача.

Он постоял еще немного и вошел в комнату. Слева он увидел Денниса, справа — Бена и Наоми с прижавшейся к их ногам Фриски. Его глаза ощупали их, запоминая, и остановились на Питере.

«Ты не умер, — медленно проговорил он. — Ты думаешь, твой Бог добр. Но это мои Боги сберегли тебя… для меня. Теперь молись, чтобы твой Бог убил тебя сейчас, прежде чем я доберусь до тебя. Это будет много хуже, поверь мне».