Гнев Пламенных

Затем Аллатриссиэль произнес несколько слов на эльфийском, сделал замысловатый пасс руками, и вокруг его пальцев вспыхнул зеленый свет.

Хунта провел ладонью над конструкцией и обратился к старшему товарищу:

— Точки восемь, двенадцать справа… И шесть, три — слева.

Зеленые линии вплелись в магию ищеек. Райга, затаив дыхание наблюдала, как вся конструкция медленно перемещается и оттягивает назад нарисованного лиса. Как только челюсти на рисунке разомкнулись, Серые тут же развеяли свою магию. Синие линии будто впитались в стол.

Заклинание тройняшек широко зевнуло и скользнуло под рукав бордового хьяллэ. Райга ощутила легкое жжение, когда татуировка заняла свое место на плече.

— Занятная вещь, — сказал Хунта. — Хотелось бы познакомиться с тем, кто ее делал.

— Делали, — поправила Райга. — Втроем.

— Лет через двадцать пять познакомишься, — холодно ответил магистр Лин. — А сейчас нам пора.

Его слова стали сигналом. Хунта щелкнул пальцами, и синие линии обхватили запястье Райги, сплетаясь вокруг него в новый узор.

Она попыталась выдернуть руку, но поняла, что не может пошевелить ей. Все тело как-будто наливалось тяжестью.

Огненный смерч позади нее вспыхнул ослепительной яростью. Наставник шагнул к Серому и холодно сказал:

— Убери это.

Аллатриссиэль преградил ему путь и спокойно ответил:

— Я должен попытаться прочесть ее воспоминания. Прошло достаточно времени, и мы трое здесь. Лучшего момента не будет.

Бешенство учителя прорвалось наружу. Аметистовый взгляд сверкнул яростью.

Эльф процедил:

— Это не повод использовать против нее “кандалы”. Она — не преступница.

Цанцюритэль поднялся из-за стола и, успокаивающе, поднял руки:

— Она — юная девушка, которая может наделать глупостей. И, пожалуйста, не надо жечь мой дом. Это относится к вам обоим. Я выполняю свою работу и приказ вышестоящего."

"Он выразительно посмотрел на Аллатриссиэля. С этими словами ищейка обошел стол и встал позади Райги. Она попробовала оглянуться, но на макушку легла тонкая ладонь.

Она казалась ледяной, девушка поежилась и попыталась сбросить руку Серого, но холод мешал двигаться. Цанцюритэль спокойно сказал:

— Не надо бояться, я не читаю тебя. Буду отсекать лишние воспоминания.

Глаза Сида вспыхнули синим, и он, по-хозяйски, накрыл ее ладонь. Райга чувствовала, как внутри поднимается злость. Бешенство магистра Лина совсем рядом распаляло еще больше. Она бросила на Хунту уничижительный взгляд. Серый ответил усмешкой.