Флибустьер

Одета в форму — рубашку в сине-белую маленькую клетку и с коротким рукавом и темно-синюю юбку. На голове две короткие косички из мелко вьющихся черных волос, завязанные у основания двумя ленточками из той же ткани, что и рубашка, и сплетенные в одну над теменем, из-за чего казались рогами. На шее цепочка из желтого металла. То есть, не из совсем уж нищей семьи. Школьница сосредоточенно рылась в своем черном рюкзачке, выложив на скамейку тонкий учебник по географии, который меня заинтересовал.

— Можно посмотреть? — попросил я.

— Смотри, — разрешила школьница, продолжая поиски.

В учебнике было чуть больше шестидесяти страниц, причем половина содержания — картинки, еще четверть — тексты о Гаити и последняя четверть — об остальном мире. Я заподозрил, что у аборигенов должен быть и глобус Гаити или, как минимум, половина его.

— Двадцать баксов — и я поду с тобой, — предложила школьница, решив, наверное, что интерес к учебнику — неумелое приставание.

Чтобы не совсем уж разочаровать ее, предложил:

— Заплачу бакс за учебник.

Собирался показать учебник своим знакомым. Пусть в сравнении проникнутся размером и качеством российского образования.

— Пятнадцать… Десять… Пять… Ну, хотя бы за три, и учебник получишь! — в сердцах воскликнула школьница.

У меня не хватило дерзости унизить ее женское самолюбие. Пусть лучше считает меня жлобом, умело сбивающим цену, чем себя настолько непривлекательной, что даже немолодой мужчина не заинтересовался ею всего за три бакса.

— Пойдем, — согласился я.

Мы в тот раз грузились хлопком и сушеной кожурой горьких апельсинов, которую производят только в республике Гаити. Кожуру обдирают вручную, сушат, а потом, как мне рассказали, продают производителям дорогих французских ликеров «Гран Марнье» и «Контро». Говорят, она придает ликерам неповторимый вкус и аромат. Не пробовал эти напитки, поэтому ничего сказать не могу на счет их вкуса, но аромат от кожуры шел ядреный. К нему добавлялся непривычный запах тела гаитянки, постоянно сбивая меня с волны наслаждения, что затянуло процесс к удовольствию девицы.

Я заплатил ей три бакса, которые школьница, завернув в кусочек полиэтилена и нимало не стесняясь меня, засунула в мохнатый сейф, и, отказавшись от учебника, проводил до трапа. Вместе со школьницей исчезли и двадцать баксов, которые я положил в верхний ящик стола до начала сеанса, когда она была в душе.