Флибустьер

Единственное — никто не обгонял офицеров, скакавших хлынцой впереди. Когда до деревни оставалось метров двести, офицеры заметили заграждение на въезде и остановились. Командир в медвежьей шкуре подозвал кого-то, наверное, сержанта или опытного солдата и начал говорить ему что-то, наверное, инструктировал.

В этот момент я и крикнул:

— Батарея, огонь!

Пушки выстрелили вразнобой, последняя — и вовсе с запозданием секунд на пять. Как и предупреждал капитан Маккуин, все девятифунтовки съехали с вала. Что ж, не будут мешать моим драгунам, которые стояли наготове, собираясь отразить атаку врага.

Зря они готовились. Залп основательно выкосил венгерских гусар. Пятая часть или даже четверть попадала с лошадей убитыми или ранеными. Досталось и многим лошадям. Раненые животные понеслись с седоками и без в обратную сторону. За ними последовали и уцелевшие гусары на уцелевших лошадях. Минут через пять на дороге остались только убитые и раненые люди и животные.

Я прождал еще минут пятнадцать, после чего послал десяток драгун добить раненых и собрать трофеи.

Драгуны привели около полусотни невредимых или легкораненых лошадей, нагруженных оружием, седлами, переметными сумами и узлами с окровавленной одеждой и обувью. Медвежьи и волчьи накидки были сложены отдельно. Это экзотические трофеи, которыми будут долго хвастаться. Добычу погрузили в конфискованные у крестьян десять телег, в которые запрягли трофейных лошадей.

— Для драгунского полковника залп очень хорош, — похвалил меня капитан Маккуин, когда мы скакали впереди бывшей его батареи.

— Ты не поверишь, но опыта в стрельбе из пушек у меня больше, чем у тебя. У меня два корабля, на которых я успел повоевать против испанцев и голландцев, — сказал я.

— Почему же, поверю. Я видел результат, — сказал шотландский офицер.

— А вот твое командование, подозреваю, не поверит, что выстрелили так точно без твоей помощи, — предположил я. — В других мы сначала подозреваем худшее и дальше обычно не идем.

— Я надеюсь, мне поверят, — сказал он.

— Чтобы протестант поверил католику, надо чтобы католик перешел в его веру, — возразил я. — Но ты сильно не расстраивайся.