Факультет брошенных жён. Попаданка в деле, старушка в теле! (СИ)

Первое время занятие шло не очень бодро, но когда студентки замечали, что принц изредка поглядывает и улыбается, начинали стараться активнее. Правда, при этом пытались выглядеть хорошо, из-за чего иногда страдала техника. Но это мы исправим.

К половине зарядки я почти выдохлась. Ох и слабое мне досталось тело! Тогда меня решила подменить Барбара. И вот тут-то понеслось! Темп увеличился по скорости и сложности раза в два. Прыгали, бегали на месте, махали руками почти без перерыва. Я уже успела соскучиться по вчерашней пробежке…

Кто-то сдался чуть раньше, кто-то старался держаться до последнего.

Это была среднего роста дама в чёрном элегантном платье. Её волосы были того же цвета вороньего крыла, а голову венчала крупная шляпка. Над ярко-красными губами красовалась чёрная родинка.

— Леди Грендалин, – шепнула запыхавшаяся Эдель, указывая взглядом в сторону пришедшей.

— Которая ведет этику и эстетику?

— Она самая.

"Я ещё ни разу не видела этого преподавателя воочию, потому что она всегда отправляла на красный факультет помощника выдать нам задание, а сама даже не являлась. Но вот эта тёмная леди подошла ближе, остановилась и одарила нас хмурым непонимающим взглядом.

— Девушки, что это вы тут устроили? – раздался её громкий, по-преподавательски поставленный голос.

Все замерли. Я вышла вперёд, кивнула Барбаре и произнесла:

— Вы продолжайте, я всё решу.

— Простите, что? – чёрная тонкая бровь изогнулась вверх, когда взгляд профессора пал на меня.

Остальные девочки несколько замялись. Однако Барбара быстро взяла инициативу в свои руки:

— Давайте немного отойдем, чтобы не мешать, и продолжим! – она подняла музыкальную шкатулку и отвела студенток чуть дальше. Логичнее было бы отойти мне с леди Грендалин, однако та явно остановилась недалеко от скамейки с принцем не просто так.

— Здравствуйте, я Хелен Борн, – выдохнув, произнесла я и подошла ближе.

Глава 34. Большое спасибо!

Профессор осмотрела меня претенциозным взглядом. Наибольшее внимание уделила моему раскрасневшемуся лицу, мокрому лбу и явно взъерошенным от постоянных прыжков волосам.

— Ты сильно изменилась, Хель, – произнесла Грендалин без большой радости. Тут не надо быть телепатом, чтобы услышать, как в голове её крутится мысль «не в лучшую сторону».

— Наверное. Я не знаю. Я ничего не помню, – ответила я с улыбкой.