Лишняя в его доме (СИ)

— Вы хоть понимаете, с кем разговариваете?! — не успокаивается Алина. Несколько гостей стоят с этой стороны двери и наблюдают за моей женой-истеричкой. — Я вас в порошок сотру! Вы никогда больше не устроитесь ни на одну работу!

Не удивлюсь, если мои глаза залиты кровью. Появление Алины стало последней каплей!

— Дол…ы, быстро открыли мне дверь! — визжит она.

Забывая, чьей женой является, Алина переходит на мат. Сжимаю руки в кулаки, пытаюсь взять эмоции под контроль, но перед глазами кровавая пелена. Она продолжает орать, позоря не только себя.

Пихаю ладонью дверь, она отлетает в сторону, чуть не задев охранника.

— Вот, я же вам говорила, — при виде меня лепечет Алина. Замечая мое состояние, отступает назад. Еще пара шагов — и она упадет с крыльца…

Преодолеваю за долю секунды разделяющее нас расстояние, хватаю за локоть, дергаю ее на себя.

— Если бы не ребенок, не стал бы тебя спасть, — зло встряхнув эту дуру.

— Мы не одни, не смей со мной так разговаривать, — хватает смелости меня воспитывать. Дергаю ее еще раз, пальцы впиваются в кожу, наверняка оставляя там следы. — Отпусти, мне больно! — шипит она.

— Если ты не хотела, чтобы я с тобой так разговаривал, нужно было сидеть дома! — тяну резко за собой, она ломает каблук, вскрикивает. Врач же сказал не носить обувь на каблуках! Присаживаюсь на корточки.

— Что ты делаешь? — возмущенно пищит, когда я скидываю с ее ног туфли. Ловлю, когда она теряет равновесие, отшвыриваю обувь в сторону. — Ты же не думаешь, что я пойду босиком? Я могу заболеть, поранить ногу… — хватаю за руку и тяну за собой. — Ты забыл, что я ношу под сердцем твоего ребенка? — резко меняет тактику поведения, еще немного, и расплачется. — Мне больно! Ай! — кричит она, думая, что я поведусь на дешевый спектакль. Даже если она поцарапает ноги, это не смертельно.

— Это ты забываешь, что носишь ребенка! — повышаю голос. На стоянке почти нет людей, а мне все сложнее говорить с ней спокойно. — Ты не следуешь рекомендациям врача. Ты игнорируешь мои просьбы!

— Это была не просьба, а приказ! — возмущается Алина, позабыв, что несколько секунд назад собиралась расплакаться.

— Тем более ты должна была сидеть дома, — внутри меня бушует злость, но эмоции отступают, включается мозг.