Лишняя в его доме (СИ)

Разве экзамены могут быть важнее безопасности Тони, бабушки…

— Этот вопрос я решил, сдашь дистанционно, — отвлекается на звонок в телефоне, сбрасывает вызов. Мне не видно, кто звонит, но я отчего-то уверена, что это женщина. Не понимаю, почему я чувствую темную ядовитую ревность. Наверное, потому что меня за один поцелуй готовы распять, а ему все можно. — После Нового года вернешься в свой университет, на свой курс, — продолжает ставить меня в известность Гасанов.

Все просто замечательно! Я вернусь в университет, где меня ждут разочарованные во мне подруги.

Единственный плюс, который я вижу в своем возвращении — я увижу бабушку Атану, с которой все это время не имела возможности связаться. Я увижу Георгия, Ирину. А Светлана? Она сможет вернуться? По ним я тоже очень скучала. Эти люди стали мне дороги. Я могла спросить о них у Эльдара...

Мы оба не в том настроении, чтобы поддерживать светскую беседу.

— После того, как с меня снимут все обвинения, я хочу вернуться в Екатеринбург, — смело заявляю, надеясь на поддержку бабушки.

— Это будет невозможно, — резко.

— Почему? — я хочу, чтобы у нашего разговора были свидетели, пусть объяснится, но Гасанов на этот счет имеет свое мнение.

— Мы поговорим об этом в другое время и в другом месте, — обрывает разговор.

— Я бы хотела знать, что будет с моей внучкой? — вступается за меня бабушка. Тоня испуганно на нас смотрит, переживает, постоянно ерзает на стуле, словно на еже сидит, а еще жует хлеб, отщипывая от него кусочки. Я тоже так раньше делала, когда нервничала.

Видимо, это фамильная черта.

— С ней все будет хорошо, — мне кажется, Гасанова задевает недоверие, которое ему оказывают мои родные. — Тоня, поможешь Диане собрать вещи? — вроде спрашивает, но фраза звучит как предложение, от которого нельзя отказываться. Есть ощущение, что он хочет остаться с недовольной бабушкой наедине. В чем он собрался ее убеждать? Или опять какие-то от меня секреты? — Диана, иди, — давит голосом."

"Тоня в коридоре берет меня за руку, сжимает пальцы.

Мне тоже не хочется с ней расставаться. Такая сестра — круче любых подруг. Если бы она поехала со мной, мне не было бы так тяжело, а тут сердце разрывается от боли. Как только за нами закрывается дверь спальни, Тоня, не выдержав, начинает плакать. Прикрыв ладошками лицо, она старается сдерживаться, но плечи содрогаются от тихих рыданий.

У меня по щекам бегут слезы, я ее обнимаю, прижимаю к себе. Антонина очень добрая и светлая девочка.