Лишняя в его доме (СИ)

В воздухе пахнет озоном, будет гроза.

— Привет, — разворачиваюсь, сажусь лицом к Матвею, готова выслушать обвинения. Недолгая пауза, за время которой пропасть между нами разрастается до размеров океана. Нужно что-то сказать. Приходят на ум какие-то слова, но я молчу, что бы я сейчас ни сказала, это будет использовано против меня.

Матвей достает из кармана телефон, снимает блокировку, протягивает, развернув экраном ко мне.

— Это правда? — с осуждением, пытаясь скрыть злость.

Чувствую укол в сердце. Матвей стал мне близок, мне больно наблюдать, как в его глазах растет разочарование.

Не хочу лгать, мне была приятна его симпатия, меня покоряли его поступки. Матвей красивый парень, нам интересно общаться и проводить время вместе, мы на одной волне, наши чувства медленно расцветают, без огонька и страсти, а этого явно недостаточно, чтобы поставить на кон так много.

Получи я развод и свободу от Алибековых, возможно, у нас могло что-то получиться. Мы могли бы попробовать построить отношения. Обстоятельства сейчас не на нашей стороне, я не могла подвергать его жизнь опасности.

Поймет он или нет, но я поступила правильно и не чувствую за собой вины.

— Правда, — не отводя взгляда от экрана телефона, который медленно гаснет.

— Замужем, — это не вопрос, а констатация факта, поэтому мне не нужно отвечать. — Ты собиралась мне сказать? — слышатся обвинительные нотки в голосе. Неприятно.

— Не знаю, — поднимаю на него взгляд. — Возможно, когда-нибудь.

Я не стану оправдываться. Я не вводила его в заблуждение с корыстными целями, не играла его чувствами и не лгала.

Моя относительная свобода связывает меня кучей обязательств и обещаний, о которых я не имею права говорить. Пусть хотя бы попытается меня понять, я не могла рассказать. Мы не стали настолько близки, чтобы я рискнула всем, а главное — нашими жизнями. Я не знаю, насколько ослабло влияние Карима Алибекова, чтобы перестать его бояться. Хотя он и без влияния способен совершить любое преступление, а тут затронута честь его семьи, о которой он так печется.

Наш разговор прерывает преподаватель, со звонком вошедший в аудиторию. Матвей встает и уходит, ничего мне не сказав. Больно. В моей жизни было много боли, эту я тоже переживу.

— Усачев, вы куда? — окрикивает парня преподаватель. Матвей никак не реагирует.

«Как в воду опущенная!»— эта фраза как нельзя лучше описывает мое состояние. Не получается сконцентрироваться на лекциях, погружаясь в невеселые мысли, пропускаю большие абзацы материала.