Если ты простишь (СИ)

Лучше, чем ничего, но какое-то отторжение всё равно оставалось… И вот, отдав кучу денег за эти сеансы, потратив кучу времени на болтовню с «шарлатаном», мы таки поняли, в чём была проблема…

А если бы мы с Лидой вовремя обратились к специалисту, поняли бы, в чём проблема? Если бы я настоял на походе к психологу, когда ещё не было поздно?

Если бы да кабы…

— Ну-у? — Виктору особенно не терпелось узнать, в чём было дело.

— Так я ж сказал? — удивился Артур.

— Нет!

— Да, сказал. Дело было в одной-единственной шутке.

— Охренеть… В какой?

— Этого я не скажу.

Мы хором затянули «у-у-у», как люди в кинотеатре, разочарованные финалом фильма.

— Ладно-ладно, замолчите только… — замахал руками Артур, улыбаясь. — Моя супруга как-то, э-э-э… в самый неподходящий момент сказала мне… То есть мы были как бы в процессе…

— Вы трахались, Артур. Говори прямо, — снова влез Виктор.

— Трахаются псины дворовые, а мы занимаемся любовью, господи помилуй! И не перебивай меня.

— Всё-всё, молчу. Так что она ляпнула?

— Она, э-э-э, ждала, когда я того… И от скуки начала болтать со мной… Сказала, что глупо устроено мужское тело. С возрастом оно должно быстрее кончать, потому что мало времени остаётся до смерти, а не наоборот, тянуть и тянуть резину. Как оказалось, жена так пошутила. Но мне было не смешно.

— Тонкая сатира. И что, из-за этого у тебя висяк? — съязвил Сашка.

— У меня не висяк. Всё отлично работало и тогда, и сейчас, слава бо… — Артур осёкся, видимо посчитав, что в этот момент упоминать Бога как-то кощунственно.

— И как вы сейчас? — спросил я.

Они вместе. Не разрушили то, что у них было, в отличие от нас.

— Тьфу-тьфу-тьфу, всё в порядке, — смущённо, но очень довольно кивнул Артур.

— Трах… Занимаются любовью как кролики! — предположил, хоть и с утверждающей интонацией, Виктор."

"— Смотри, не затаи обиду на жену за то, сколько денег и времени пришлось заплатить за эту шутку, а то ещё что-нибудь перестанет работать, — беззлобно пошутил Сашка.

— Это верно, — Артур согласился, — таить обиду вообще грешно.

А ещё грешно бездействие.

Теперь я как никогда остро ощутил, какую плату за него мне пришлось отдать.