Эпоха мёртвых. Москва

Хочется надеяться, по крайней мере. А во всех остальных случаях сидеть на броне опасней. И мертвяки на машины меньше реагируют, чем на людей. Так нет же…

Да и как ты залезешь в безопасное нутро бронетранспортёра, если даже не знаешь, попадёшь ещё когда-нибудь в свой город или нет? Никак. Хочется видеть всё, хоть от города остался лишь его труп. Пока ещё целый с виду, но который вот-вот начнёт разлагаться. По крайней мере, запах дыма от пожаров чувствуется уже везде, и просто дымно на улицах, местами и вовсе как туманом затянуло.

Люди ли что-то подожгли, само ли загорелось, не выдержав безнадзорщины, но уже горит, и во многих местах, и никто не спешит тушить. Так и выгорит вся Москва, и на этот раз окончательно.

БТР снова плавно тронулся с места, я лишь слегка качнулся и уселся поудобней. Снимать пока ничего не хотелось. Все молчали. Машина шла дальше по широкому проспекту, оставляя за собой широкую пустую ленту асфальта. Здесь даже заглохших машин не было. Зато были машины, припаркованные вдоль боковой дорожки, и Соловьёв сразу скомандовал:

— Не спать! Запоминайте «Нивы» с УАЗами!

Это правильно, это верно.

Среди нас были четверо, кого успели обучить, как заводить эти модели машин без ключа и обходить простейшую сигнализацию. А на случай, если сразу завести машину не удастся, планировалось цеплять их на буксир. Для бэтээров с «Уралом» это не тяжесть, а в «Пламени» они очень могут пригодиться.

Справа от нас потянулись корпуса Московского авиационного института. В подъезде длинного кирпичного здания двери открыты настежь, там тоже видны мертвецы.

А ведь территория МАИ всегда была закрытой, при достаточных силах тут вполне можно было отбиться. Но только от мертвяков, от людей — нет.

Наша машина вновь замедлила ход. Соловьёв решал, ехать ли в тоннель, или проскочить на Ленинградский проспект с Ленинградского же шоссе через верх, или лезть на построенные новые эстакады. После реконструкции тут строители такого наворотили… Решение заранее, при обсуждении плана операции, не принималось, все сочли, что на месте будет виднее.

И в конце концов Соловьёв решил.

— Колонна, стой! — скомандовал он. — Копыто, давай весь свет вперёд и малым ходом в тоннель.

— Есть! — откликнулся Копыто из люка.

Ну что же, прав Соловьёв. Мы ведь толком-то о повадках мертвяков не знаем. Например, что можно сказать о тёмных и неосвещённых местах вроде тех же тоннелей? Избегают их мертвяки, скапливаются там или им всё равно? Так смотреть не полезешь, а на броне — очень даже запросто.