Его заложница

И новой порции страха, потому что то, что упирается в меня сейчас – просто же нечеловеческих размеров! Он же разорвет меня, и уж точно нежничать не будет! А ведь там, внизу, еще Иван, который собирался изнасиловать меня после этого урода… Как он говорил? Если от меня после него что-то останется…

– Вы же вызывали девушек, - бормочу онемевшими губами. – Для развлечения… Вот и … Они приедут. Отпустите меня! Пожалуйста! С подружками!

– Серьезно? – черная бровь взлетает вверх прямо перед моими глазами. – Маленькая… - рука ложиться мне на грудь, сжимая полушарие через платье.

И реально колотит всю. От того, что понимаю, насколько я и правда по сравнению с ним и теми уродами, что внизу остались маленькая. Беспомощная и беззащитная. И сделать ничего невозможно!

Как же это ужасно, быть полностью в чьей-то власти! Как жутко зависеть от чужой воли!

– Маленькая и глупая, - снова дергает за волосы, теперь уже задирая платье, пробегая пальцами вверх, до кромки чулка, цепляя ее. – И дрожишь вся так сладко. Кто бы такую невинную на прожженных шлюх променял?

Рефлекторно пытаюсь оттолкнуть – даже не задумываюсь, само как-то получается.

Но он только запрокидывает голову и хохочет, - страшно, раскатисто, так, что снова холодею и замираю. Страшный человек, чудовище. И смех у него – злой, жуткий, по мурашек прямо под кожей. Гулом в висках отдается.

– Сопротивляться решила, сука, - его настроение вдруг меняется, в единую секунду.

Челюсти сжимаются и снова раздуваются ноздри – страшно, угрожающе, как у хищника, что на добычу сейчас свою набросится и просто разорвет, раздерет на клочки.

– Ннет, - выдыхаю, стуча зубами. – Ннет.

Но все слова вылетают вместе с ударом пощечины. От которого голова дергается в сторону, а по губе тут же начинает плыть струйка крови.

Звон жуткий, бешеный, - в оглушительной тишине зловещей комнаты. И в голове, набатом гудит, оглушая.

– Это только начало, - шипит зверь, и, подхватив бегущую по губе каплю пальцем, облизывает его, снова начиная тяжело с присвистом дышать.

И вдруг дергает меня за волосы, снова до вспышек перед глазами, разворачивает, бросая грудью на подоконник, задирает платье до пояса.

До половины высунутая в окно, на морозный воздух, я снова не могу сдержать вскрика, когда огромная ладонь с громким шлепком опускается на мою ягодицу. Снова. И снова. Чуть не вою, прикусывая губу.