Егерь. Системный зверолов

— Ты хочешь, чтобы я пошёл за тобой? — спросил я, чувствуя себя немного глупо.

В ответ кошка медленно моргнула и сделала несколько шагов в глубь опасной зоны, периодически оборачиваясь.

Каждый инстинкт кричал развернуться и бежать к границе. Опасная зона получила своё название не просто так. Но поведение кошки было слишком целенаправленным, чтобы игнорировать его. Хищница вела себя расслаблено, и я уже знал, что поддержит, в случае опасности.

— Красавчик, ты как, в порядке? — прошептал я горностаю, татуировки потеплели, передавая моё спокойствие.

Зверёк дрожал, но вдруг резко перестал, не пытаясь сбежать.

— Молодец, — кивнул я, сделал глубокий вдох и последовал за полосатой хищницей. Кошка шла неторопливо, регулярно останавливаясь и ожидая, пока я догоню.

Через несколько минут мы дошли до небольшой поляны. Здесь магическая концентрация была настолько высокой, что воздух мерцал, как в летний зной.

Кошка остановилась и вдруг уселась, глядя на меня выжидающе — её хвост медленно покачивался.

— Что ты хочешь? — спросил, осматривая поляну. — Неужел…

Я осёкся.

За камнем лежало тело.

Теневой рысак.Уровень 10. Эволюционный ранг G."

"Даже мертвый, зверь, похожий на хищную кошку, внушал уважение. Длиной почти в полтора метра, с мощными лапами и клыками размером с мой кулак. Его тёмно-серая шерсть местами отливала синевой. На шее виднелась глубокая рана.

Подошёл ближе и сначала осмотрел само тело. Теневой рысак лежал на боку, передние лапы вытянуты — классическая поза зверя, который пытался убежать.

Смертельная рана на шее представляла собой четыре глубокие борозды, расположенные параллельно. Края ровные, без рваных краёв — работа очень острых когтей, нанесённых одним точным движением.

— Быстрая смерть, — пробормотал я, изучая рану. — Лихо…

Подошёл к краю поляны, где начинались следы. Земля здесь была мягкой после недавнего дождя, отпечатки читались легко.

След рысака — широкие лапы с отпечатками когтей, глубоко вдавленные в грунт.

Присел на корточки, изучая едва заметные вмятины в мягкой земле. Четыре точки соприкосновения — кошачья лапа. Глубина вдавливания говорила о весе и мощи.

— Девочка, это твоя работа? — спросил я, обернувшись к кошке. — Так вот почему ты так долго не появлялась. Выслеживала добычу?

Она лишь зевнула и лениво качнула хвостом.

Картина схватки постепенно прояснялась.