Двойное подчинение

И как всё это могло со мной случиться?! Ну как?!

Взбудораженный всем случившимся, Андрей не мог усидеть на месте. Наскоро съев курицу, он нехотя поковырял овощи и, не выдержав, спросил:

— Можно я пойду?

Я глянула на его тарелку, перевела взгляд на него самого и приподняла бровь. Лишних слов не требовалось. Тяжело вздохнув, он снова взял вилку и принялся растаскивать гарнир по краям.

— Андрей, — строго сказала я, — ты же знаешь, что пока всё не съешь, никуда не пойдёшь. Давай не будем усложнять друг другу жизнь, хорошо? Я и так положила тебе, как птенчику.

— Я не птенчик, — тут же запротестовал он.

— Так вот именно! — заметила, что Антон с интересом прислушивается к разговору, но сейчас куда важнее мне было накормить сына. Правила «чистых тарелок» в доме у нас заведено не было, однако я прекрасно знала: если сын не поест, через час-другой начнёт клянчить. Тем более, что завтрак был давно. — А если не будешь есть, именно птенчиком и станешь.

Ещё раз тяжело вздохнув, сын всё-таки принялся за еду.

— Молодец, — опередил меня Антон.

— Теперь можно идти? — нетерпеливо спросил сын, ёрзая на стуле.

— Теперь можно."

"Не успела я сказать это, Андрей, скрипнув стулом по полу, слез с него и бросился прочь из кухни. Сторонницей компьютерных игр и игровых приставок я никогда не была, но сейчас это пришлось как нельзя кстати. Куда бы сложнее было, если бы сын начал приставать к нам с какими-нибудь вопросами, тогда как этих самых вопросов у нас и так было больше, чем достаточно. Вопросов, претензий и прочей всячины, совершенно не нужной маленькому ребёнку.

— Спасибо, — закончив с обедом, Антон встал и, взяв со стола пустые тарелки, отнёс их к раковине.

— Вряд ли так уж хорошо, — совершенно искренне ответила я, откинувшись на спинку стула и посмотрев на него.

Готовила я и в самом деле так себе. Что-то простое, на скорую руку — да. Могла испечь булочки или печенье, на остальное же просто не хватало времени. Чтобы добиться того, что у меня есть сейчас, я работала, порой не давая себе и дня на отдых.