Двойное подчинение

Едва мы вошли в дом, Андрей осмотрелся и, заметив ведущую на второй этаж лестницу, обратился к стоящему ближе к нам Антону.

— А там что? — без излишней скромности указал он наверх.

— Много всего, — Антон, как и во дворе возле нашего дома, присел возле Андрея на корточки. Теперь лица их были почти на одном уровне.

Несмотря на тревогу, непроходящий страх, беспокойное ожидание, наблюдать за ними мне было интересно. В памяти всплыло недавнее воспоминание: мужчина на набережной и крошечная девочка, обнимающая его ручонками за крепкую шею.

Хотелось ли мне подобного для собственного сына? Конечно же, хотелось! Ещё как хотелось! Какой бы хорошей матерью я ни пыталась быть Андрею, понимание того, что отца ему заменить я не смогу, всегда жило во мне напоминанием, упрёком. Но разве то, что я могу предложить ему, лучше? Выбрать одного из братьев, если кому-то из них это вообще нужно? Разрешить видится с сыном? Нет… Я знала, что их это не устроит. Да и сама я не смогу так. Просто не смогу.

— А можно посмотреть? — тут же поинтересовался сын.

Мальчиком он был бойким и весьма прямолинейным. Сейчас же, войдя в возраст «почемучки» и вовсе мог без устали сыпать вопросами, интересуясь едва ли не всем подряд. Почему небо синее, а трава зелёная, почему листья с деревьев осенью опадают, а птицы улетают на юг, почему летают самолёты… Почему-почему-почему…

— Можно, но немного позже, — Антон поднялся на ноги. — В гостиной есть приставка для видеоигр. Хочешь поиграть?"

"Я тут же поняла, к чему всё это ведёт и снова напряглась.

Сын посмотрел на меня с мольбой Глаза его казались большими-пребольшими, губы приоткрылись от восторга.

— Мам! — на придыхании выпалил он. — Можно же, да?

— Можно, — кивнула я и посмотрела на Антона. Уголок губ того недобро дрогнул, я же вздохнула.

— Мы будем ждать тебя на кухне, — бросил Денис и, мягко взяв меня за локоть, потащил в другой конец холла.

Я обернулась на сына, но тот, увлечённый разговором с Антоном, не смотрел на меня. Я замедлила шаг. Звонкий голосок сына смешивался с низким, рокочущим Антона, и смешение это снова и снова заставляло сердце сжиматься от непривычного щемящего чувства.

— Идём, Анна, — Денис снова потащил меня вперёд.

— Не тащи меня, — дёрнула я руку. — Я сама в состоянии идти.

— Нет уж, моя хорошая, — он глянул так, что у меня по телу прошли мурашки. — Я буду делать то, что считаю нужным, — завёл меня на огромную светлую кухню и тут же толкнул к стене. — Ты сильно проштрафилась, Анна.