Двойное подчинение

 — Если вы не прекратите, я сейчас же встану и уйду.

— Думаешь, кто-то позволит тебе это сделать? — резко схватив меня за подбородок, Денис посмотрел мне в глаза. Палец его прошёлся по моей нижней губе. Он медленно покачал головой и выпустил меня. — Нет, Аня.

Я поджала губы и уставилась в окно. Больше они меня не трогали, но бёдра наши соприкасались, и я невольно чувствовала присутствие обоих. Небо заволокла прозрачно-молочная дымка облаков, и теперь море казалось другим, словно бы поменяло настроение. Ветер приподнял лёгкие волны, лазурь приобрела бирюзовый оттенок.

— Кофе, — спустя несколько минут к столику нашему подошла всё та же девушка.

Выставила перед нами чашки и украдкой подняла на Дениса взгляд. Внутри меня снова вспыхнуло жгучее чувство, до непристойности напоминающее то, что я впервые испытала на банкете в загородном отеле. Ревность. Я, чёрт подери, ревновала! И ладно бы повод для этого был… Просто… Молоденькая, красивая, наивная… Какой и я была когда-то.

"— Если поторопишься с остальным, — Антон тоже прошёлся по ней взглядом, — получишь хорошие чаевые.

— Это вовсе не обязательно, — в конец растерявшись, пролепетала она. — Мороженое уже готово, пончики будут через пару минут.

Взяв чашку, я сделала глоток латте, но едва поставила её на стол, почувствовала прикосновение к бедру.

— Так был кто-нибудь, Аня? — Антон вырисовывал узоры через подол сарафана.

— Это не имеет никакого значения, — сведя ноги, резко ответила я. — И я уже сказала об этом.

— Имеет, — он схватил меня за руку и развернул к себе. Прищурился точно так же, как делал это брат. В глазах его уже не было игривости. Видела ли я его когда-нибудь таким? Сталь, маленькие льдинки в безоблачном небе… — Имеет, — чуть сильнее сжал запястье, ладонь опустилась увереннее.

— Мороженое, — донеслось до меня.

Отвернувшись, Антон кивнул девушке и снова посмотрел мне в глаза. Выпустил руку, и я выдохнула. Взяв с блюдечка ложку, Денис наполнил её мороженым и поднёс к моим губам.

— Вкусно? — коснувшись пальцем, Денис стёр капельку с уголка моего рта.

— Послушайте, — проглотив мороженое, я снова взяла кофе. Руки у меня не тряслись, но мне нужно было куда-то деть их, чтобы скрыть непонятную дрожь. Мы никогда не разговаривали. Вернее… Почти никогда. И я не знала, как это. Как это может быть с ними.