Двойная взлётная

Из меня вновь лезет борзота, потому что это не его дело, как и с кем я провела ночь. В конце концов, мог у своего дружка спросить. От него пахнет черной смородиной и лишь слегка сигаретным дымом, меня, наверное, долго еще будет преследовать этот аромат, как что-то навязчивое и сексуальное.

— Я там пиджак ваш положила на сиденье. Спасибо.

— Обращайся.

Удивилась, что отпустил так легко, ни тебе претензий и пошлых шуток, ни предложения потрахаться. Вздохнула тогда с облегчением. Ему было нечего больше сказать, а мне ответить.

— Слышь, Крис.

— Что?

Мимо нас уверенной походкой из кабинета начальника прошел Курапов, мазнул по мне взглядом.

— Дим, привет, — Жанка кокетливо поправила блузку, улыбаясь во весь рот.

— Привет, Жанна.

— Как дела?

— Все хорошо.

Первый пилот скрылся за поворотом, а я только собралась зайти к руководству, как Жанка ошарашила меня вопросом:

— Ты спала с ним?

— Жан, у тебя какой-то недотрах? Что за странные вопросы? Тебе все мерещится, что я или спала, или должна была переспать со всеми.

— Он классный, скажи?

— Кто?

— Курапов. И почему мы с ним не на одном борту?

Нет, я, конечно, знала, что бухгалтерия массово сходит по нему с ума, но чтоб Жанка, это было открытие. Может, это заразно?

— У него, вообще-то, жена и двое детей. Или ты об этом забыла?

— При чем тут дети?

— А при том что он их отец.

— Ну, люди встречаются, расходятся, такова жизнь. Страсть и влечение еще никто не отменял.

— Детей так-то тоже.

— Ой, не усложняй.

— А у вас страсть?

— Да какая там страсть? Видела, даже не посмотрел на меня? А у вас что-то было?

— Жан, ты достала. Я что, по-твоему, со всеми перетрахалась в нашей конторе? Ты еще скажи, я перед Трофимовым ноги раздвигаю, — махнула рукой в сторону кабинета начальника.

Покрутила у виска пальцем, собрала бумаги, пошла к начальству. Хотелось все скорее отдать, уйти на заслуженные выходные, из-за этого полета сдвинулся весь график и расшатались все нервы.

— Виктор Иванович, можно?

Тучный мужчина сидящий в кожаном кресле посмотрел на меня, взгляд тяжелый. Сколько же крови он мне попил в свое время, рыдала как истеричка после каждого похода к нему.

— Любимова, что у вас стряслось на Сахалине?

Что у нас стряслось? Ничего особенного, я трахнулась с двумя мужиками, Курапов признался в любви, странный мужик выпытывал о багаже пассажиров, сын мэра спасал падшую стюардессу.

Это так, если коротко.

— Там тоже весна.