Двойная взлётная

— Так как тебя зовут?

Кареглазый разворачивается, прижимая меня к себе, не давая ответить, снова целует, лаская пальцами шею, спуская с плеч платье. И зачем я только его купила, это шлюханское платье, которое одним движением снимается? Под ним черный, почти прозрачный лифчик, мужчина склоняется и прямо сквозь тонкую ткань засасывает сосок.

А меня ударяет током.

Чувствую, как тот, что сзади, притягивает к себе за талию, задирая подол платья, целует спину, мнет ягодицы, запуская руку между моих бедер.

Это что-то невероятное.

— Сними это к херам.

Он тянет лифчик вниз, обнажая грудь, тут же накрывая ее ладонями, оттягивая соски, опять целует в губы. Его язык ласкает мой, я с силой цепляюсь за его плечи, начинаю громко стонать. Пальцы второго стягивают трусики вниз, заставляя меня расставить ноги шире.

Снова вздрагиваю, когда он скользит уже по обнаженной и возбужденной плоти, собирая влагу, потому что я реально мокрая.

— Скажи, сколько ты стоишь? — зеленоглазый фиксирует мои плечи, говорит, и снова целует в шею, обжигая кожу дыханием. Не сразу понимаю, о чем он.

— Она не проститутка, я бы к такой и не подошел. Она хорошая девочка, только голодная. Ты ведь хорошая девочка?

И зачем им мой ответ?

Меня снова обсуждают, я улыбаюсь, но прикусываю губу, когда меня начинают трахать пальцами. Вот же черт. Расслабляюсь, снова теку, а спереди начинают ласкать пальцы другого мужчины.

— Аааах… ммм… дааа.

— Я сейчас солью в штаны от твоих стонов и мокрой киски.

Они не останавливаются, но я слышу звон бляшки ремня, шорох одежды.

— Дьявол, сука! Да где он, блять? — нервно, с матами.

Из меня убирают пальцы, но спереди все равно кареглазый продолжает растирать клитор. Стоять на высоких каблуках трудно, часто дышу, мышцы напряжены.

— Такая красивая, когда хочешь, точно не проститутка, я в этом уверен.

Снова целует, а в меня входят сзади.

Вскрикиваю, сильнее прижимают к груди, сжимая пальцами ткань рубашки.

— Ну что, детка, полетаем?

Резкий толчок, входит весь, задевая заднюю стенку влагалища, прогибая мне спину, мужчина спереди уже не держит меня, отходит, а я упираюсь руками в спинку дивана перед собой."

"Алкоголь выветривается моментально, сердце гоняет по венам чистый адреналин. Мне хорошо, как не было хорошо, наверное, сто лет.