Два мажора для Золушки

Я не стала идти на остановку, как обычно, а заказала такси и на нём добралась до дома, желая лишь одного: забыть поскорее двух парней, беспокоящих меня очень-очень сильно. Клин клином вышибают! Мне просто нужно отвлечься на кого-то другого! И моя дурная влюблённость и влечение сразу к двоим парням пропадут без следа.

Глава 37. Матвей

Я сидел в кофейне. Настроение было отвратительное и становилось только хуже с каждым днём. Игнорировать Золушку? Не получается, блин! Понимаю, что ей неприятна моя холодность.

– Официант? Это не кофе, а бурда! Принесите новый! Немедленно! – раздражённо попросил я, понимая, что дело не во вкусе кофе.

Я просто не чувствую его вкуса, вот и всё. Колокольчик у двери звякнул.

В кофейню вошёл мой брат, Тимофей. Я с неприязнью смотрел, как он садится напротив меня.

– Я тебя, кажется, не звал.

– Допустим, сегодня я хуже татарина, – усмехнулся Тим и проводил взглядом официанта, поставившего новую чашку кофе передо мной.

– Как видишь, – ответил я, отхлёбывая горьковатого напитка.

– Я не про тебя. Для Золушки сделал заказ?

– Не понимаю, о чём ты, – я намеренно равнодушно пожал плечами.

– Да-да. Не понимаешь. Но из нас двоих именно ты завсегдатай именно этого заведения. Или я ошибаюсь?

– Да, мне здесь нравится. И всё.

– Ну-ну! Скажешь, не ты Золушке кофе заказываешь?

– Других, кроме меня, не существует, что ли? – вспылил я, злясь, что Тим лезет не в своё дело.

– Существует, конечно. Но только именно ты исподтишка заказываешь Юльке кофе и десерт, передавая через курьера. А ещё слишком часто появляешься в офисе торговой компании, хотя у нас головной офис в другом месте.

– Просто папаше нравится там, ты в курсе.

– Ага. А ещё я в курсе, что половину всех якобы важных дел можно было решить, при помощи одного телефонного звонка. Но ты упорно приезжаешь в офис.

Я сделал движение ему навстречу и так же пристально посмотрел на него.

– А не пошёл бы ты и дальше трахать эту девчонку, Тим?

– С удовольствием пошёл бы! – откровенно ответил Тимофей и откинулся на спинку мягкого сиденья. – Жаль, Юлька не хочет. По тебе, идиоту, сохнет и слёзы льёт.