Другая жизнь оборотня

– Оно влетело моложавой старушке в мозг, а та потом напечатала его на принтере? Неужели Степан, умный мужчина, поднявший с нуля серьезный бизнес, способен поверить в такую чушь?

– Как видите, он поверил, – вздохнул гомеопат. – Любимая мамочка так опасалась женитьбы сына на неподходящей, по ее мнению, девушке, что крепко зазомбировала сына, испортив ему жизнь. Баба Катя в чем-то сглупила, а кое-где проявила предусмотрительность. Она предупредила бизнесмена, что злые силы не дремлют, ему может повстречаться женщина, которая будет похожа на посланницу Ольги Ивановны, но она – привидение из ада.

– Маразм крепчал, – фыркнула я."

"– Поэтому олигарху надо помнить: ангел от матери настоящая блондинка, не крашеная, с голубыми глазами. А у призрака волосы осветленные и цветные линзы.

– Надо же, какие эти злые духи продвинутые, – ухмыльнулась я. – Ходят в салон, пользуются оптикой… В прежние времена заворачивались в саван и бряцали цепями, а теперь модничают. Этак они скоро нарощенные ногти сделают и перманентный татуаж бровей.

Голова у меня вдруг заболела так сильно, что я зажмурилась.

– Плохо? – посочувствовал Антон.

– Да, – простонала я. – Уж извините, ваша настойка не сработала, мне стало хуже…

Я уже не могла говорить – по телу побежала горячая волна. Она быстро поднялась от ступней к коленям, добралась до поясницы, груди, захватила руки, шею, переместилась на щеки, лоб… Я еще сильнее зажмурилась, хотела позвать на помощь, как вдруг в районе затылка будто с треском лопнула резинка, щелкнув меня в основание черепа.

– Что это было? – прошептала я.

– Как мигрень? – задал свой вопрос Антон.

Я обомлела.

– Она прошла. Чудо!

– Просто гомеопатия, – возразил Антон. – Дам вам эти капли с собой. Когда закончатся, вы знаете, где их взять.

– Как? – уточнила я.

– Сейчас введу вас в курс дела, – пообещал Антон. – Богатов вот-вот проснется, нам надо успеть договориться.

Глава 11

– Мама! – заорали у меня за спиной. – А грецких орехов-то нет!

Женщина, выбиравшая около меня пакет с крупой, впала в ступор, а потом принялась бесцеремонно меня рассматривать.