Другая жизнь оборотня

– Разжалобить меня хотите? И тем не менее, учитывая полученную вами сумму, случившееся на языке юристов именуется «мошенничеством в особо крупных размерах» и наказывается немалым сроком, – сказала я.

Роза Михайловна подбоченилась.

– Тю! Хочешь, чтоб я с тобой поделилась, иначе в полицию пойдешь? Ступай по-быстрому, ничегошеньки не получишь. Теща главного нашего районного полицейского начальника моя школьная подруга, сидели с ней за одной партой. Ступай с богом! Я тебе помогла по доброте сердечной, а теперь за это гадостей наелась.

– С Валентиной вы тоже вместе учились? – спросила я.

– С кем? – совершенно искренне удивилась молочница.

Я подошла к стене и показала на привлекший мое внимание снимок в простой темно-коричневой рамке.

– Я узнала тут вас. Роза Михайловна, вы красавица!

– Да ладно, – смутилась бабка, – что было, то улетело, теперь я старая обезьяна.

– А рядом с вами Валентина, первая жена Виктора Марковича Шкодина. Так?

– Верно, – осторожно подтвердила хозяйка дома. – Как ты догадалась?

– По серьгам, – объяснила я.

– Да уж, – кивнула Роза, – в одном экземпляре их Матвей Петрович заказал.

– Кто такой Матвей Петрович? – спросила я.

– Отец Валюшки, – после паузы пояснила Роза Михайловна и замолчала.

Но я не собиралась прерывать удачно начатую беседу.

– Вы дружили?

Старушка сдвинула брови.

– Валя давно покойница, и ее косточки, поди, истлели, кому наши отношения интересны?

– Наверное, вы и сестру ее знали? – предположила я.

Роза Михайловна вытащила из кармана фартука гребешок и воткнула его в волосы."

"– Марфушка-то? Та еще малина гнилая… Они рядом с нами жили. Кондаково тогда селом было, в городок позднее разрослось. У моих родителей дом был справный, папенька шофером при большом начальнике состоял, в Кремль его частенько возил, мне из буфета сласти никем не виданные приносил, колбасу вкуснейшую, деликатесы всякие.